Все дьяволы здесь

– Гораздо интереснее, – согласился префект. – И труднее.

Гамаш с некоторым удивлением понял, что, пока он вынашивал подозрения в адрес Клода Дюссо, тот, вероятно, тоже имел кое-какие подозрения на его счет.

И Гамаш понимал почему. Он оказался на месте двух преступлений. Хотя он и не присутствовал при убийстве Александра Плесснера, но тело обнаружил именно он. И остался целым и невредимым после столкновения с незваным гостем, которого больше никто не видел.

Могло бы показаться забавным, что эти двое пожилых мужчин подозревают друг друга в убийствах в стиле спецназа.

Если бы не существовала вероятность, что один из них прав.

У двери Дюссо заговорил тихо и серьезно, глядя Арману в глаза:

– Я благодарен тебе за помощь с месье Горовицем, но прошу тебя, Арман, после твоего разговора с комиссаром Фонтен отойди в сторону. Предоставь действовать нам. Ты слишком близко.

– Ты бы оставил, Клод? Если бы ты находился в Монреале и там случилось бы нападение на человека, которого ты считаешь своим вторым отцом.

Ты бы отошел в сторону?

– Если бы следствие вел ты, отошел бы.

Арман вышел, зная, что он сейчас слышал по крайней мере одну ложь. И сам по меньшей мере один раз солгал.

Он позвонил миссис Макгилликадди и попросил ее не отрицать, что в ежедневнике Стивена есть упоминание о заседании совета директоров.

– Только, может быть, не говорите, в каком ежедневнике.

Покинув универмаг БХВ, Рейн-Мари Гамаш поспешила домой. Она еще раз приняла душ и переоделась, а потом, не давая себе времени поразмыслить, набрала телефонный номер.

– Доктор Дюссо? Моника?

– Это Рейн-Мари Гамаш.

– Ой, а я как раз собиралась позвонить вам – хочу пригласить вас с мужем на ужин. – Голос Моники Дюссо звучал тепло и приветливо. – Клод сказал мне, что случилось вчера вечером. Какое несчастье!

Рейн-Мари встречалась с Моникой всего несколько раз, но эта женщина вызывала у нее глубокую симпатию. Доктор Дюссо была педиатром и имела практику на Монпарнасе, неподалеку от Парижских катакомб.

«Это что-то наподобие кармы, – сказала она как-то Рейн-Мари.

 – Я живу с человеком, знающим немало тайн, а теперь еще живу над этими таинственными туннелями. Единственное различие между ними в том, что у катакомб есть скрытые глубины».

Она тогда рассмеялась и с нескрываемой любовью посмотрела через стол на своего мужа.

– А может, вы придете к нам? – сказала Рейн-Мари. – Как-нибудь по-простому. Честно говоря, я только что вернулась домой, и у меня нет желания опять выходить на улицу.