Она даже не знает, а счастлив ли он? Вспоминает ли о ней? И если да, то чем наполнены эти воспоминания? Догадывается ли он, как сильно, как отчаянно она его любит? Или Чалый заставил Сашу ее возненавидеть? Что вообще он ему сказал относительно ее исчезновения? Лия то и дело прокручивала в голове варианты... догадки, как это могло бы быть. Их разговор... Саша ведь наверняка спрашивал, куда подевалась мама? Очевидно, он был напуган и находился в смятении. Вполне возможно, он даже плакал тайком. Когда Чалый не видел... Потому что плакать было запрещено.
Александр учил сына тому, что настоящие мужчины не плачут, в каком бы возрасте они не находились, и что бы с ними не произошло. Она представляла своего маленького большого мужчину, его несчастные, полные недоумения и влаги глаза, его одиночество и потерянность и... медленно сходила с ума. Это было самое страшное из всего, что с ней происходило до этого.
Благодаря разговорам с Евгением Павловичем Лия поняла простую истину - она так долго бежала от прошлого, лишь бы не отвечать на вопрос, а где же будущее.
Она его просто не видела. Как бабочка в янтаре, она застыла между вчерашним и завтрашним днем в призрачной безопасности дня настоящего.
- Лия...
- Да? - Лия вскинула голову и посмотрела на вошедшего к ней в палату Евгения Павловича. - Что-то случилось?
- Да, нет... Ничего особенного.
- Что ты там рассматриваешь? - заинтересованно покосился в ее ноутбук мужчина.
Лия пожала плечами:
- Мои работы. Я пыталась снять утренний свет.
- Можно?
- Да, пожалуйста.
Так... ничего особенного.
- Я бы так не сказал... Очень сильно. И... очень мрачно.
Лия встала за спиной своего психотерапевта и попыталась взглянуть на фотографии его глазами. Над хищными макушками деревьев розовел восход. Небо было низким и неприветливым. Немного левее солнечного диска черными кляксами взмывали ввысь вороны. Над небольшим прудом поднималась сизая дымка. В ее таинственном мареве терялись черные нехоженые тропы...
- Да... наверное, - была вынуждена согласиться Лия.
- Кхм... Я переживаю за тебя.
- Мне лучше. Я как раз хотела поговорить с вами о выписке. До сорока килограммов мне осталось всего ничего. И вы знаете, что я буду питаться, как следует.
- Потому, что тебе нужно забеременеть?
Лия неопределенно повела плечами и поправила подушку в изголовье кровати.
- Только поэтому, да? На себя тебе наплевать...
- Да какая разница...
- Большая, Лия! Огромная разница. Мы не решили проблему! Мы только лишь ее на время отсрочили.
