И можно заполнить эту пустоту мамы кем-то другим.
Я прекрасно знал, что Рита поможет.
Снял им квартиру на этаж выше себя, но няньку все-таки нанял. Немного старомодную, строгую женщину, которая влюбилась сразу в Лену, называла её Маленькой звёздочкой.
А спустя месяц мытарств, воя, в моей разодранной груди по ночам от невозможности вздохнуть, я все-таки набрался смелости и просто так, без какого-либо повода, без какого-либо ожидания чего-то, сел в машину и поехал к Алёне.
Я остановился на дороге.
И сердце почти прекратило бег.
На покорёженных воротах дома висела здоровая красная табличка с надписью «Продаётся».
Мне оставалось только лайкать её фотки в соцсети.
Фотки, где она на яхте сидит, грустно улыбаясь, в камеру.
А на плечах у нее мужская рубашка.
64.
Алёна
С Максом мы прожили три года:
Три немного странных, может быть не самых удачных, возможно немного косых и кривых года, за которые я ему была благодарна.
Настолько сильно благодарна, что когда увидела в его глазах немой вопрос не смогла соврать.
Я не смогла соврать ему о том, что у нас все будет и дальше с ним, потому что он был молод, горяч, потому что ему хотелось своих детей, а не моего внука, который за эти три года врос в наши отношения, как большая, сильная скрепка.
И три года с одной стороны, это не так много, а с другой стороны, будь у Макса другая женщина, его бы ребёнку уже было два годика.
И когда я увидела в его глазах немой вопрос о том, сможем ли мы сделать что-то большее, я не смогла лгать.
Я не смогла лгать о том, что буду рада родить ребёнка.
НУ Господи! В полтинник рожать ребёнка? Да, я округляла. Это было ужасно! Но мне было на тот момент сорок восемь.
Рожать ребёнка в сорок восемь?
Я знала прекрасно, что у Макса давно лежит все ещё не подаренное кольцо. И поэтому просто собрала вещи. Целовала его до безумия жадно.
А он давил мне на плечи пальцами и повторял.
— Ошибку делаешь. Ошибку. Я просто поздно тебя встретил. На самом деле у нас все будет хорошо. Я просто поздно тебя встретил.
— Я не смогу тебе родить. - Шептала я.
Это была не та Любовь, которая была с Альбертом. Альберта я любила всем сердцем и даже больше. Макса я любила какой-то тихой, слишком скромной любовью, которую он принимал за благодарность.
— У тебя будет ребёнок с той женщиной, которую ты выберешь. У тебя будет будущее. А я тебе этого ничего подарить не смогу.
— Алёна, не уходи. — Хрипел Макс, прижимая меня к стене. Тыкался носом мне в шею. — Алёна, не уходи.
