Все ради тебя (СИ)

— И он разбил ей сердце, Натан, а потом больше года не давал развода! Скажи мне, я разве был неправ?! По итогу?!

Натан поджимает губы. За поведение своего младшего отпрыска ему правда стыдно, но сколько бы он ни пытался убедить Адама…все зря.

— Он на ней как будто помешался, Андрей. Я пытался, но… Адам ее правда любит.

Андрей не знает, как на это реагировать. Когда его дочь заявилась вся в слезах и истерике, а потом он был вынужден наблюдать, как ее увозят насильно…ему было сложно понять. Да, он хотел уничтожить этого блядского Салманова, разбить ему морду, только вот…что-то мешало.

Любовь? Согласитесь, это ведь едва ли любовь? Помешательство. Так точнее, только вот ни один помешанный не останется рядом со своей поблекшей игрушкой, да и не будет терпеть многое…а он терпел. Еще до того, как Лиза все узнала — терпел.

Тогда что им двигало? Этот вопрос мучает его до сих пор. Всегда есть причина, и он, познавший две стороны Луны, точно знает, что это так.

— Она знает? — вдруг тихо спрашивает Натан, и Андрей слегка мотает головой, чтобы вернуться в реальность.

— Ты же понял…Пожалуйста, прекрати прикидываться дурачком. У меня был охуительно долгий вечер сегодня…

— Нет. Она не знает.

— Ты так ей и не рассказал?

— Паша знает кое-что, но она…Лиза мне, во-первых, не поверит никогда. А во-вторых, посчитает эту историю попыткой отбелить свое имя.

— И? Ты не хочешь его отбелить?

— Больше всего на свете я этого хочу, Натан, давай ты тоже не будешь прикидываться дурачком.

— Тогда почему ты не рассказал?

— Я же уже ответил: она не поверит, а посчитает это попыткой найти оправдания, что оттолкнет ее еще больше.

Снова молчание, которое длится недолго и нарушается тихим смешком Натана.

— Знаешь? Характер у нее…

— Почти все, кроме главного.

Натан поднимает на старого друга глаза и тихо шепчет.

— Пожалуйста, не говори ему о главном.

Андрей видит то, чего не видит никто и никогда — страх; Натан не может себе его позволить, но сейчас…здесь…рядом с ним? Кажется, что все иначе.

— Ты можешь не переживать за свою тайну, старый друг. Я никогда ее не раскрою.

И они оба знают, что это так…но перед уходом Натан тормозит в дверях и шепчет еще глуше.

— Они — мои дети, Андрей.

— Оба они — мои сыновья. Ничего не имеет значения, кроме этого.

— Спи спокойно, Натан. Я никому не расскажу эту тайну.

Тот кивает, хочет уже окончательно покинуть квартиру, но на этот раз его тормозит сам Андрей.