Все радости - завтра

— Я здесь, Скай, — тихо сказал он. — И я не оставлю тебя.

— Знаю, Адам, — ответила она, и они снова замолчали, погрузившись в печаль.

Не было ничего удивительного в том, что она заснула в его надежных объятиях. Пока он смотрел, как она переходит из ужасной реальности в состояние забвения, в каюту вошли несколько матросов во главе с Робби и осторожно унесли тело Найла Бурка. Затем пришел юнга Майкл и перестелил постель. Когда он вышел, Адам осторожно перенес Скай на постель, раздел и накрыл покрывалом. Потом бесшумно покинул каюту, зная, что теперь она проспит много часов подряд, так как Робби подсыпал ей в вино снотворного.

Адам знал, что сон — лучший лекарь.

Скай проспала почти два дня подряд, так что ей не удалось подежурить у тела Найла. А корабль уже входил в гавань Бомон де Жаспра. Долгий сон убрал тени и мешки из-под ее прекрасных глаз, но она осталась столь же равнодушной ко всему, как и была тогда, когда погружалась в сон. Она сидела на кровати и отдавала распоряжения. На столике перед ней стояла тарелка с остатками сваренного в марсале яйца, которым она подкрепляла силы.

Скай съела его, не почувствовав даже вкуса.

— Робби, не мог бы ты отправиться к Эдмону узнать о месте в соборе? Скажи ему, что я оплачу все издержки и, кроме того, сделаю щедрый дар епископу. А затем сходи к гробовщику, мне нужен лучший гроб.

— А как насчет молодого герцога, Скай?

— А что с ним? — удивленно спросила Скай.

— Он ведь тебя любит, — беспомощно ответил Робби.

— К этому времени у него уже должна быть невеста, да и мне вовсе не нужен новый муж, Робби.

И уж тем более я не интересуюсь в этом отношении Никола Сент-Адрианом. Он превосходный и очень обаятельный молодой человек, но все уже в прошлом. Всегда следует отдавать себе отчет в том, что какой-то кусок твоей жизни стал прошлым и настал момент спокойно уйти.

— А если они захотят видеть тебя?

— Они могут посетить меня на борту корабля, но дай им, ради Бога, понять, Робби, что моя нога не ступит на землю замка.

Робби низко поклонился в соответствии с этикетом.

— Как пожелаете, леди Бурк, — коротко ответил он и вышел.

— Что ты будешь делать после похорон, Скай? — спросил Адам.

— Не знаю, наверное, поплыву домой, только вот куда?

В замок Бурков? Не думаю, что это мой дом. Никогда его не любила и жила там только потому, что это был дом Найла. Иннисфана — это дом всех О'Малли, но она принадлежит моей мачехе Анне и ее сыновьям. Баллихинесси — имение Эвана, а Линмут — Робина.