Все радости - завтра

 — Ну, Адам, прошу тебя, не спорь, быстро!

Покачав головой, Адам потащился будить сестер, приехавших в замок при известии о близких родах Скай. Найдя их комнату, он стал колотить в дверь. Дверь отворила заспанная камеристка, с ненавистью посмотревшая на Адама, когда он приказал ей разбудить сестер.

— Что такое, Адам? — Накидывая бархатный халат, к двери вышла Изабо.

— Ребенок родился, и мама настаивает, чтобы вы с Кларисой немедленно пришли.

— Со Скай все в порядке? — спросила подошедшая Клариса.

— С ней и с ребенком все в порядке, похоже только, что мама сошла с ума.

Сестры переглянулись и поспешили за братом в его апартаменты.

— Мама, что такое? — вскричала Изабо, входя.

— Мама, с тобой все хорошо? — вторила Клариса.

— Да, да, со мной все в порядке, но вы мне нужны, так как случилось чудо, а вы докажете, что это действительно чудо! — Габи подняла младенца, завернутого в одеяло. — Дорогая Скай, это дитя — не ребенок Генриха Наваррского. Это ребенок нашего рода, и я могу это доказать. Сестра, — обратилась она к Эйбхлин, — подержите минутку вашу племянницу.

 — Она отдала ребенка монахине и, наклонившись, задрала свои юбки, обнажая бедро. — Видите? — спросила она. — Видите эту родинку в форме сердца, Скай?

— Да, — озадаченно ответила Скай. Габи опустила юбки.

— Это родовая отметка женщин рода Сен-Дени. Только женщины нашего рода могут иметь такую родинку. Изабо, Клариса, покажите Скай свои родинки.

Сестры тоже расстегнули халаты и, задрав ночные рубашки, показали свои родинки на левом бедре, прямо над костью.

Они были точь-в-точь как у матери.

— И у наших дочерей тоже такие родинки, — сказала Изабо.

— Моя девичья фамилия — Сен-Дени, — объяснила Габи, — и последние десять поколений всех наших женщин имеют такую родинку. Она есть и у Мюзетты, и у ее дочки Эме. Я не стала звать Мюзетту, потому что она не в курсе проблем брата. И при этом, Скай, ваш ребенок — это моя настоящая внучка, дочь моего сына Адама. — Она повернулась к Эйбхлин. — Разверните ребенка, та soeur. — Та, развернув младенца, передала его Габи.

 — Смотрите — вот родинка на левом бедре! Это знак женщин Сен-Дени! Произошло чудо! Это дочь Адама, и никого другого!

Скай в замешательстве посмотрела сначала на Эйбхлин, потом на дочь.

— Эйбхлин, ты ведь врач. Такое может быть? Это правда? Такое возможно? Неужели это дочь Адама?!

Эйбхлин пристально осмотрела ребенка. Да, на левом бедре у сустава определенно была черная родинка в форме сердца. Никакой ошибки быть не могло.