Все сложно

Мир сегодня ночует у отца, так что…

— Вас никто не потревожит, — глядя куда угодно, но не в его глаза, поясняю я. — Ну, хорошего вечера.

— Ты до сих пор обо мне невысокого мнения, правда?

Я застываю у выхода и, не поворачивая головы, твердо замечаю:

— Нет. Это не так. И, кстати, на ты мы не переходили.

Возвращаюсь к себе. Плотно прикрываю дверь. В ушах на бесконечном репите прокручивается:

«Ты до сих пор обо мне невысокого мнения, правда?»…

Нет. Нет, он не прав. Я оценила, что он остался с Котькой в самый сложный момент.

В самом деле, оценила. И скорее тут верно другое замечание Олега. О том, что я совершенно его не знаю. Я не дала ему ни единого шанса раскрыться. Потому что испугалась сама себя. Он ведь пытался и встретиться снова, и спокойно обсудить то, что произошло. Но я… струсила, да. А потом, когда случилась вся эта история с Котькой… не знаю… Наверное, мне было так стыдно, что я предпочла сделать вид, будто он для меня невидим. Жаль, что я не могу оставаться на этой позиции и теперь, когда мы живем бок о бок. Так просто не может продолжаться. Возможно, пришел момент поговорить? Объясниться. Может, даже найти в себе силы посмеяться над тем, что было. И отпустить прошлое, с расчетом на то, чтобы каждый раз теперь не оглядываться на то давнее происшествие и исключить любые двусмысленности. Ведь если что меня и напрягает, то только они. Но где взять на это силы? Как правильно начать разговор, как себя повести? Или, может, не стоит ворошить прошлого? Вдруг оно только меня тревожит, а он уже и думать о том забыл? Как понять? Может, подождать какого-то шага от Олега? В конце концов, именно он мужчина. Ну, да… А я мудрее и старше. Ч-ч-ерт.

Растираю лицо ладонями и открываю ноутбук. Хочешь отогнать непрошенные мысли — садись за работу. Это правило меня еще никогда не подводило. Но вместо того, чтобы заняться делом, я зачем-то утыкаюсь в Инстаграм. А там уведомление о том, что на меня подписался Победный.

Ну, надо же… Интересно, как скоро это заметят те, кто не так давно писал дерьмовые статейки вроде «Победные отписались друг от друга в соцсетях. Самый громкий развод этого года».

Пока я размышляю, стоит ли подписываться на Бориса в ответ, за дверью кабинета начинается какое-то движение. Я составляю Мак с колен и крадусь на цыпочках через комнату.

— Что значит — я не могу, отец?! Это мой проект. Какого… Да, конечно, я понимаю.