Все способные держать оружие…

А в «Брабеце» кончились патроны… Дура, надо было догадаться, что какие-нибудь козлы про сочатся в щели. Не догадалась. Все. Та-ак… – нагнулась над пультом, капитан сделал мне знак: не мешай. – Ни черта не выйдет. Тополь запустил программу. До первого пуска тридцать четыре минуты, до второго – час двадцать. Хотела бы я знать, где он взял коды…

– Это как раз можно выяснить, – сказал капитан. – Но сейчас нам нужны коды отмены.

– Нам много чего нужно…

– Откуда? Откуда я, ебена мать, могу знать это? Никто не удосужился мне их сообщить…

– Зден Рышардович, – перебил ее капитан.

 – Попробуйте что-нибудь сделать.

Я уже думал вовсю. Мозги военных кибернетиков устроены одинаково, и нет разницы, как называется то, на чем (или над чем) они работают: вычислитель, компутер, рикона хако или «курильщик» (который на самом деле, конечно,

«счетное-автоматическое-универсальное-помогающее-одно-устройство»; просто аббревиатура звучит как «курильщик» и пишется почти так же: RAUHER). С военными вычислителями мне регулярно приходится иметь дело, и не могу сказать, что я хотя бы раз получил от этого удовольствие.

Тупые и упорные в своих намерениях машины, такие же программы… чего, впрочем, не скажешь об авторах программ. Будем хотя бы справедливы.

Так. Все забыли. Нигде никого и ничего нет.

Сам вычислитель, надо полагать, для нас сейчас недоступен. Он или под полом, или за стеной, за бронированной дверью… а даже если и под пультом (я слышал, есть такие маленькие) – прикасаться к нему опасно. По самым очевидным причинам.

Если вывести из строя центральный вычислитель или прервать его связь с ракетами, те переходят полностью на автономный режим. Я не знаю, какая именно у них программа, но вполне может статься, что параноическая. То есть – вплоть до самоподрыва. Поэтому забудем о вычислителе. Перед нами пульт. Девяносто шесть клавиш. Американский стандарт. На наших сто девять. Явный перебор. Зеленый экран, по которому бегут два ряда белых чисел. С пульта отдается команда на маленькие и еще более тупые вычислители самих ракет.

Коды вводятся просто нажатием клавиш. А могло бы – с помощью перфокарт. Вот было бы весело…

Тополь – террорист – знал коды запуска. По идее, их мог знать только президент.

И начальник штабов. Даже наш знакомец, командующий базой, знать их не должен. В действительности, конечно, их знают несколько десятков человек – всякие техники, программисты, криптографы…

Да. Это коды пуска. Коды пуска совершенно секретны. Но коды отмены должны знать и на базе.