Все твои совершенства

Такую сильную, что я переворачиваюсь на бок, сжимаю в кулаках одеяло и подтягиваю ноги к животу. И тут я это чувствую. Что-то скользкое, мокрое по всей простыне.

– Грэм. – Я пытаюсь дотянуться до него, но он уже поворачивается, чтобы включить свет. Снова приступ боли, такой сильный, что у меня перехватывает дыхание.

Его рука лежит у меня на плече. Он откидывает одеяло.

Не знаю, что он там увидел, но он вскакивает с кровати, загорается свет, он поднимает меня, говорит, что все будет хорошо, несет меня куда-то, мы в машине, он гонит с бешеной скоростью, я вся в поту.

Смотрю вниз: я вся в крови.

Я в ужасе, он берет меня за руку, сжимает ее и говорит: «Все в порядке, Квинн. Все почти закончилось. Все почти закончилось».

Все, что происходит после этого, происходит одновременно.

Передо мной какие-то обрывки реальности. Флуоресцентная лампа над головой. Рука Грэма обхватывает мою. Слова, которых я не хочу слышать: «выкидыш», «кровотечение» и «операция».

Грэм заканчивает разговор. Его губы касаются моего лба, и он шепчет мое имя.

«Квинн?» Я открываю глаза, чтобы встретиться с ним взглядом. Его глаза покраснели, а между бровями залегла глубокая морщина, которой я никогда раньше не замечала. Это что-то новое, вероятно, вызванное тем, что происходит сейчас. Интересно, буду ли я вспоминать этот момент каждый раз при виде такой морщинки?

Складка между его бровей становится глубже. Он проводит рукой по моим волосам и осторожно подбирает слова:

– Прошлой ночью у тебя был выкидыш, – произносит он.

Он ищет мой взгляд, готовясь к любой моей реакции.

Странно, но мое тело ничего не ощущает. Я понимаю, что, вероятно, обколота сильнодействующими лекарствами, но мне кажется, я бы почувствовала, что внутри меня растет жизнь, – жизнь, которой больше нет. Я кладу руку на живот, удивляясь, как я это пропустила. Как долго я была беременна? Сколько времени прошло с тех пор, как мы в последний раз занимались сексом? Больше двух месяцев. Ближе к трем.

– Грэм, – шепчу я. Он берет мою руку и сжимает ее.

По идее, я должна сейчас впасть в такое отчаяние, что даже крупица радости или облегчения не проникла бы в мою душу. Но почему-то не ощущаю ничего подобного. Наоборот, чувствую надежду. – Я была беременна? Мы наконец-то забеременели?

Не знаю, как мне удалось сосредоточиться на единственном положительном моменте всей этой истории. Но после многих лет постоянных неудач я не могу не воспринимать это как знак. Я забеременела. Наше чудо частично свершилось.