Гиацинту заинтриговали явные сомнения Сент-Клера. Прежде чем обернуться к бабушке, он сначала внимательно изучил ее своими ясными голубыми глазами. Гиацинта, естественно, старалась не выдать своего интереса. Она понимала, что он колеблется – доверить ли свое дело бабушке в ее присутствии – и подозревала, что если каким-то образом вмешается, это повлияет на его решение.
Но видимо, она прошла проверку, потому что через минуту он достал из кармана маленькую книжечку в кожаном переплете.
– Что это? – Леди Данбери взяла книжку в руки.
– Дневник бабушки Сент-Клер, его сегодня принесла Каролина. Она нашла его среди вещей Джорджа.
– Он на итальянском, – заметила графиня.
– Да, я это понял.
– А почему ты принес его мне?
Гарет улыбнулся:
– Ты всегда говорила мне, что знаешь все. Если не все, то уж всех точно.
– Мне вы тоже сказали об этом сегодня, – поддержала его Гиацинта.
– Благодарю вас, – оттенком покровительства сказал Гарет, повернувшись к Гиацинте. В тот же момент на нее сердито посмотрела леди Данбери.
Гиацинта слегка поежилась. Но не потому, что графиня на нее рассердилась. К этому девушка давно привыкла. Ей не понравился снисходительный тон мистера Сент-Клера.
– Я надеялся, что ты, возможно, знаешь какого-нибудь уважаемого переводчика, бабушка.
– С итальянского?
– Да, похоже, потребуется знание именно этого языка.
– Хм. – Леди Данбери постучала тростью по ковру так, как обычный человек постучал бы пальцами по столу. – Итальянский? Он не так распространен, как французский, который знаком всякому приличному человеку.
..
– Я умею читать по-итальянски, – вмешалась Гиацинта.
– Вы шутите, – опередил графиню Гарет.
– Вы не все обо мне знаете, – Гиацинта леди Данбери.
– Да, конечно, но итальянский?
– В детстве у меня была гувернантка-итальянка. Ей нравилось учить меня своему языку. Говорю я, конечно, плохо, но если прочитаю одну-две страницы, то пойму, о чем идет речь.
– Но здесь больше чем одна-две страницы.
– Разумеется, но я буду читать больше чем две страницы за один раз. И потом... он вряд ли написан в стиле старых римлян.
– В таком случае это была бы латынь, – ехидно заметил Гарет.
Гиацинта стиснула зубы.
– Ради Бога, мальчик, дай ей книжку.
Гарет не заметил, что дневник был в руках у бабушки, что, по мнению Гиацинты, свидетельствовало о том, что он крайне взволнован. Он встал, взял у леди Данбери дневник и повернулся к Гиацинте.
