Всегда лишь ты

– Надеюсь, ты слышал мой ответ.

– Слышал, – его горячее дыхание обжигает ухо.

– Я и правда так считаю, Картер. Если бы я не сбежала наутро, всё у нас могло сложиться иначе.

От этой мысли становится невыносимо горько. Меня захлёстывает волна острого сожаления. Ведь всё это время я страстно желала лишь одного – быть на Её месте... Потому что оно принадлежало и принадлежит только мне.

– Как твоя спина? – задираю голову, так чтобы видеть его получше.

– Терпимо, но корсет этот – бесит! Чувствую себя долбаной балериной, которой нужно закрутить ху*тэ.

Заливисто смеюсь и прекращаю лишь тогда, когда его пальцы начинают ласково гладить моё лицо.

– Скучал по твоему смеху… – неожиданно признаётся он, глядя мне в глаза.

Наслаждаюсь каждым лёгким прикосновением, боясь спугнуть это прекрасное мгновение.

– Я так часто видел тебя в своих снах…

Моё сердце начинает стучать чаще.

– И какими они были? – спрашиваю тихонько.

– Разными... Но всегда слепяще яркими и болезненными.

– Почему болезненными? – перестаю дышать, когда его палец касается моих губ.

– Потому что когда просыпался, тебя не было рядом. Это сводило меня с ума, Роуз, но я жил с этим и просто плыл по течению.

– Значит… думал обо мне? – шепчу едва слышно.

– Постоянно. А после дурацкого теплохода я начал ещё сильнее бредить тобой. Красивая. Смелая. Свободная. Не моя…

– Смелая… Скорее глупая. Вела себя как полная дура, – выношу вердикт своим поступкам. – Наломала дров в порыве отчаяния… А ведь всего лишь хотела убедиться в том, что ты по-прежнему испытываешь ко мне хоть что-то…

Закрываю глаза.

– Уезжал в Лос-Анджелес, но снова как магнитом тянуло домой. К тебе… Пусть бы просто находиться в одном городе и дышать с тобой одним воздухом.

Молчу. Хочу, чтобы он продолжал говорить, не останавливаясь.

– Дрался в зале как умалишённый, до потери пульса. Пил… Смотрел твои фотографии, часами залипая в телефон.

– Какие ещё фотографии? – приоткрываю сперва один глаз, потом другой.

– Те самые, Роуз, – в его глазах мелькает шальной огонёк. – Компромат на чемпионку.

– Ты что же, сохранил их? – заливаясь краской стыда и смущения, пищу в ужасе.

– Конечно! Вдруг однажды пришлось бы тебя шантажировать.

– Немедленно удали! – требую строго.

– Я сама удалю значит, – сообщаю, угрожающе сдвинув брови к переносице.

– Онил, они на жёстком диске и в айклауде.