Вся ложь

Или, скорее, мимо моего тела и в мою душу.

Мои глаза закрываются, когда голова откидывается на подушку. Его хватка на моем горле только усиливает ощущение.

Мне требуется несколько минут, чтобы спуститься с высоты, отдышаться.

Какого черта я так долго ждала, чтобы сделать это?

Когда я открываю глаза, я обнаруживаю, что Ашер пристально смотрит на меня, но также... с любовью и чем-то еще.

Чем-то настолько зловещим и осязаемым, что я почти ощущаю его вкус на своем языке.

Прежде чем я успеваю получше разглядеть выражение его лица, он отпускает мое горло и заползает на меня сверху, его колени располагаются по обе стороны от моего лица.

Он сжимает свой полутвердый член в кулаке и смотрит на меня сверху вниз.

— Ты знаешь, что делать.

— Да? — шепчу я, переводя взгляд с него на его член. — Что я…?

— Тсс, не разговаривай. Используй этот рот для чего-нибудь другого.

Он хочет, чтобы я сделала ему минет? Разве он только что не кончил в меня? Улики все еще стекают у меня между бедер.

И все же я позволяю своим губам приоткрыться и взять его в рот.

Он на вкус как...я. О, Боже. Это намного более интимно, чем я думала.

Стон вырывается из горла Ашера, когда он гладит меня по волосам.

— Ты ощущаешь наш вкус, королева выпускного?

Я киваю, мои щеки пылают, когда я облизываю его более усердно.

Его пальцы скользят от моих волос к впадинке на моей щеке.

— Черт возьми краснеешь.

Его голос не звучит счастливым, когда он это говорит; во всяком случае, он выглядит немного сумасшедшим? Но почему? Почему он злится, что я краснею?

— Я больше не знаю, что, черт возьми, с тобой делать.

Он выходит изо рта, и меня охватывает чувство пустоты.

Я ожидаю, что он уйдет, как в тот раз после первого оргазма, который мы оба испытали вместе.

Мрачное облако маячит вдалеке, ожидая, чтобы поглотить меня.

Ашер слезает с меня, и у меня сжимается горло, чувство отверженности... пустоты.

Нет. Я не хочу быть сейчас одна.

Я собираюсь наступить на свою гордость и попросить его остаться.

Я собираюсь схватить его за руку и прижать к себе, но он делает нечто неожиданное.

Ашер ложится на спину и притягивает меня к изгибу своего тела за руку. Моя голова покоится на его груди, где линии его татуировок покрывают его плечо; татуировки, значения которых я до сих пор не знаю.

Чувство покинутости исчезает, когда яростные слезы благодарности наполняют мои глаза.

Он... остается по собственной воле.

— Спи, Рейна. Завтра важный день.