Всё, что нас связывает

— Когда мы вместе, мне ничего не страшно.

Он хмыкнул, а я вернулся к отчету.

Во время остановки Ян сходил в аптеку за предметами личной гигиены для парней, и мы отправились в отель. На стойке регистрации пришлось подождать, так как там происходило воссоединение какой-то семьи и регистрировалось много людей. Когда подошла наша очередь, я сообщил администратору, что нам нужен номер с конкретной планировкой, которую видел на их сайте.

Уже в номере Кабот растерянно огляделся по сторонам.

— Здесь одна спальня.

— Все верно, — согласился я.

Мы прошли по короткому коридору к ванной комнате слева рядом со спальней. Дальше за дверью в ванную стоял диван, раскладывающийся в полноценную кровать, а вплотную к стене спальни — стол и стулья.

— Вы спите здесь, — показал я. — Закроете дверь в спальню и ту, что ведет из ванной — так будет больше приватности. Нам с Яном достанется спальня, и любой, кто проникнет в номер, должен будет пройти через нас.

— У вас довольно паршивая работа, — прямо сказал Дрейк.

— Чаще всего так и бывает, — согласился я с его заключением. — Но я защищал бы вас при любых обстоятельствах. Я заинтересован в дальнейших событиях.

— Мы типа эксперимента, — с улыбкой проговорил Кабот.

— Да, — ответно улыбнулся я.

— Я в душ первый, — буркнул Ян и скрылся в ванной со своим рюкзаком. — Кто-нибудь позвоните вниз и попросите еще полотенец.

Он хлопнул дверью, Дрейк занес их с Каботом сумки в спальню, а Кабот включил телевизор.

— Боже, он выглядит еще хуже, чем когда мы сегодня над ним пролетали.

Здание было практически разрушено. Стены придется восстанавливать после взрыва и активной перестрелки. Но и внутри царил настоящий кошмар. Я рад, что предложил Каботу взять с собой ценные вещи, потому что его спальня была полностью уничтожена.

— Мне жаль, что тебе не удалось попрощаться с матерью, — мягко произнес я.

Кабот покачал головой.

— Не стоит. Ей всегда было плевать на меня. Отец хотя бы знал, что я существую. Он видел меня, когда бил.

Я не устоял. Кабот был таким юным, расстроенным и именно сейчас нуждался во мне. Я подошел к нему и, подняв на ноги, стиснул в объятиях.

— Ты считаешь меня слабым, потому что я гей и…

— Болван ты, я ведь тоже гей. — Объятия стали крепче, и Кабот сдался, обмякнув в моих руках. — Твоя ориентация ни при чем, и никому не позволяй убеждать себя в обратном.