Вся правда, вся ложь

Фасад дома Озерова украшала растяжка «продается» и номер мобильного. Я долго давила на (кнопку «вызов» переговорного устройства рядом с калиткой. Никто не ответил. Окна темные, плотные Шторы задернуты. Мобильный на растяжке, скорее всего, принадлежит риелтору, но я позвонила. Номер пришлось набирать несколько раз, прежде чем Ответил мужской голос. Я даже не помню, что говорила в ту минуту сбивчиво, путано. Мужчине, которого я подняла ни свет ни заря, можно было ставить Памятник за терпение и преданность делу.

Он не Только выслушал меня, но и ответил вполне вежливо:

— Если вас интересует дом, мы можем встретиться сегодня во второй половине дня. Номер телефона владельца я не могу вам сообщить. Во-первых, Это против правил, во-вторых, у меня его просто нет здесь. Все документы в офисе.

— Я уверена, номер есть в вашем мобильном. Поверьте, он мне очень нужен, и это не имеет никакого отношения к покупке дома.

— Очень жаль, что ничем не могу вам помочь.

Еще через двадцать минут я тормозила возле гостиницы «Старый город», здесь Стас останавливался в прошлый свой приезд.

Девица за стойкой регистрации окинула меня взглядом с ног до головы, совсем было собралась отфутболить, но вдруг передумала, заглянула в журнал и спросила:

— Как, вы говорите, его фамилия?

— Малахов, — с надеждой сказала я.

— Нет, — она пожала плечами, а потом пододвинула мне журнал, точно была уверена: я ей не верю.

— Спасибо, — сказала я и попятилась.

За два часа я смогла объехать с десяток гостиниц.

Встречали меня по-разному, но ответ был везде один: постояльца с фамилией Малахов у них нет. На улицах стали появляться редкие прохожие, а я опять запаниковала. Что, если Стас сейчас в моей квартире? Ждет, сидя в кресле, в своей излюбленной позе, а меня где-то носит?"

"В квартире меня никто не ждал. За то время, что я летела сюда сломя голову, смогла убедить себя в абсолютной реальности своих фантазий: я вхожу, он поднимается мне навстречу, хмурится, а потом на его губах появляется улыбка, я слышу протяжное «принцесска», кричу от радости или боли, сразу и не поймешь, он подхватывает меня на руки, а я тычусь носом куда-то ему в шею и бормочу всякую чушь… Фантазии так фантазиями и остались, войдя в пустую комнату, я привалилась плечом к стене и заревела… Говорят, слезы приносят облегчение, но только не в этот раз.

И все-таки ближе к девяти я начала успокаиваться. Он обещал позвонить… предположим, не сегодня и даже не завтра.