Вторая попытка (СИ)

Словно гири на ногах, скованные цепью…

— Пожалуй, вы правы, Зиновий Петрович — я читал рапорта, все указывают на многочисленные проблемы при переходе миноносцев. Действительно, лучше вести их каждый раз отдельно, по два-три в группе, это займет больше времени, но не будет неизбежных проволочек в пути.

Вирениус вытащил папиросу из портсигара — во время разговора адмиралы курили, благо обращение за эти дни стало вполне доверительным. И на то была причина — ему удалось убедить своего помощника в необходимости срочной отправки подкреплений для Тихоокеанской эскадры.

Наступило молчание — сказано было главное, и Зиновий Петрович тихо радовался, что удалось в Вирениусе сейчас приобрести помощника, а не врага. В прошлый раз их служебные отношения сложились не то, что напряженными, даже конфликтными, а тут он заранее обнадежил Андрея Андреевича в том, что именно он достоин быть начальником ГМШ, и неизбежно займет эту должность с началом войны. Но вначале следует к ней хорошо подготовиться, и добиться над врагом существенного перевеса в числе вымпелов боевых кораблей линии, благо на то имелись возможности и время.

— Мы серьезно ошиблись, поддавшись настоянию Витте, и уведя отряд Чухнина с Дальнего Востока, — неожиданно произнес Вирениус, смяв окурок в пепельнице. Было видно, что эти слова дались ему с трудом — кто же любит признаваться в собственных ошибках, к тому же лучше сразу переложить ответственность на кого-то другого, спрятав за безликим «мы».

— Еще есть время, чтобы исправить ситуацию в нашу пользу, — с безмятежным видом отозвался Рожественский, прекрасно понимая, что чего ему не стоит делать, как искать «крайних».

Бюрократический Петербург очень этого не любит, и любого строптивца и «правдоискателя» ждет печальная участь. И особенно опасны адмиральские склоки — на них будут бесполезно потрачены усилия и нервы, а результат так и не будет достигнут.

А война близко — он сам читал во время своего затворничества после вынесения оправдательного вердикта суда, что японцы планировали нападение в декабре, но покупка «Ниссина» и «Касуги» заставила отсрочить дату нападения на один месяц, чтобы те спокойно дошли до берегов Страны Восходящего Солнца.

А так бы в рождественскую ночь от внезапной атаки вражеских миноносцев, стоящие на внешнем рейде корабли порт-артурской эскадры понесли более серьезные потери, повреждениями «Ретвизана» и «Цесаревича» вряд ли обошлось, все было бы гораздо хуже.