Вторая попытка (СИ)

Именно пушки сыграют свою роль в будущей войне, а потому вам следует познакомиться с этими цифрами.

Рожественский протянул несколько листков бумаги, которые достал из папки, и лишь после этого закурил. Алексей Николаевич углубился в изучение листков, внимательно посмотрел на приведенные в таблицах цифры, и почувствовал нарастающий холод в душе — такого он никак не ожидал. Негромко переспросил чуть дрогнувшим голосом:

— В японских снарядах пироксилина в шесть раз больше, чем в наших образцах? Я вас правильно понимаю?

— Так точно, ваше высокопревосходительство, — от голоса военного министра моряк подобрался в кресле, и Алексею Николаевичу это понравилось — напрямую свидетельствовало об искренности Рожественского.

— А что можно сделать? И будьте без чинов, пожалуйста.

— Ничего, ровным счетом. Я подниму этот вопрос в МТК, но в Петербурге все дела решаются неимоверно долго, с проволочками.

— Я понимаю вас, перевооружение всегда затратный процесс, а денег в казне нет, как меня постоянно в том уверяют.

Поверьте, расходы значительно выросли, как мне известно, флот тоже значительно будет усилен…

— Только все дело в том, что японцы начнут войну не позже декабря, а новые броненосцы войдут в строй не раньше, чем через год-полтора, и то, если работы на верфях будут значительно ускорены. Ситуация сложилась в их пользу — мы сейчас имеем на Дальнем Востоке девять кораблей линии против двенадцати, что крайне выгодно для неприятеля. Да и наша армия имеет девять сибирских бригад против двенадцати пехотных дивизий, плюс еще одна гвардейская.

Превосходство врага в батальонах уже двойное, а по окончании мобилизации станет тройным. И возможностями для быстрого усиления армии мы не обладаем — Транссиб имеет малую пропускную способность, а дорогу вокруг Байкала, где нужно строить туннели, которые раньше чем через два с половиной года в эксплуатацию не введут. Так что неважно, хотим мы этой войны, или не желаем ее, она неизбежно начнется — упускать столь выгодный момент японцы не станут. Это их единственная возможность взять реванш, и утвердить свое положение уже как одной из «великих» держав, по крайней мере, войти в первую десятку. И вряд ли они ее упустят — под войну взяты огромные кредиты, и эти деньги должны дать определенный результат в виде военной победы над Российской империей и перехода Кореи и южной Маньчжурии под японский протекторат.

Адмирал говорил настолько хладнокровно, что Алексей Николаевич ужаснулся.