Вторая попытка (СИ)

Так на основе «Цесаревича» заложили и строят сразу пять броненосцев в Петербурге, а «Богатыря» три крейсера — один на Балтике и два на Черном море. Да те же два «камушка» взять, чтим прототипом «Новик» стал.

И ничего тут не поделаешь, надо отдавать отчет, что в своем промышленном развитии страна значительно отстает от ведущих европейских держав, квалифицированных рабочих и мастеровых не хватает. Но в то же время если глянуть на общие показатели социально-экономического развития двух стран, Япония катастрофически отстает от Российской империи по выплавке стали и чугуна, полностью зависит от морского привоза, совершенно бедна природными ресурсами и полезными ископаемыми, а также в ней проживает втрое меньше населения.

Да и флот у нее вдвое меньше по тоннажу, и это если просто число вымпелов посчитать, без учета строящихся новых кораблей, про саму армию и никакой речи о каком-либо равном сравнении быть не может — один миллионный состав мирного времени чего стоит.

— Война будет проиграна не в цифрах, тут как раз японцы не имеют никакого преимущества, причины в ином…

Рожественский закурил папиросу, искоса поглядывая на листки бумаги с набросанными на них расчетами.

Покачал головой, наскоро внес несколько правок, пробормотал, почесывая пальцем переносицу.

— Военный министр не на своем месте, хороший администратор, и не более. Но вот дальновидностью не обладает, это точно, ситуацию не просчитывает во всех аспектах. Однако моим доводам вроде внял, протекцию оказал — теперь послезавтра нужно говорить с Витте.

Вот в нем корень многих проблем, чую, гнилое у него нутро — заварил всю «кашу», и в сторону. А так поступают только те сановники, которых можно смело называть если не предателями, то, как минимум «агентами влияния». Остается только понять, на чьей стороне они «играть» соизволили…

— Зиновий Петрович, военный министр говорил мне о вашей непоколебимой уверенности в неизбежном начале нашей войны с Японией. И теперь, выслушав вас, я не скрою — у вас есть на то определенные основания.

— А вот некоторые сановники и министры склонны считать, что еще будет время для мирных переговоров, и при нашей уступчивости решить возникшие противоречия с Японией к взаимному удовлетворению.

— Своего не упустят, тут вы правы, адмирал, — Витте хохотнул, пусть и несколько натянуто, что говорило о притворстве. Потому что глаза жили отдельно от лица, и в лицедействе этот сановник мог дать фору многим.