Поднимаюсь медленно, потирая ушибленные коленки содранными ладонями. Чувствую себя раздавленной и никчемной.
Встав, озираюсь, ищу глазами того дракона, что принес меня в замок. Вот только нет нигде ипостаси дракона. Зато есть Драгос, стремительно шагающий ко мне в своем черном мундире.
Приблизившись, генерал хватает меня за руку, надевает на меня серебряный браслет и, плотно сомкнув его на запястье, тащит за собой в замок. Я вынуждена быстро семенить следом, чтобы не отставать.
Иду по светлым коридорам, которые я мечтала никогда больше не видеть. Натыкаюсь взглядом на знакомых слуг, на лицах которых самые разные выражения — от страха до сочувствия.
Каждый шаг дается с трудом. Из меня словно выжали все соки. Кажется, будто все происходит не со мной.
Воспринимается сквозь мутную пелену.
В том числе, и гнев мужа.
Мой побег его разозлил до предела.
Именно поэтому он тащит меня куда-то.
Чтобы наказать.
Видимо, даже слова провинившейся жене сказать не дадут!
Мысль об этой перспективе придает мне мужества, чтобы дернуться и подать голос:
— Где Фред, Драгос? Что с Луизой? Прошу вас, скажите, что с ними все в порядке!
Дракон останавливается так внезапно, что я, не готовая к этому, врезаюсь в его мощную фигуру, как в стену.
Он хватает меня за плечи и склоняет свое побледневшее лицо к моему. На скулах играют желваки. Злым взглядом он буравит мои глаза и рычит:
— Фред в темнице.
Остатки твоей Луизы покоятся в желудке лиурга. Или не покоятся. Мне плевать. И тебе на этих двух тоже плевать. Потому что в ином случае ты бы не подставила их под удар своим побегом.
— Нет, нет, они не виноваты! — бормочу. — Они здесь не при чем! Почему Фред в темнице? Когда вы успели его поместить в темницу? Он же остался где-то у кареты...
— Я был вашим возницей, а не Фред! Твой Фред не выехал за пределы заставы. Понятно?
— Фред не виноват.
Он вообще не знал о побеге! А Луиза... — растерянно качаю головой. — Она просто хотела как лучше! Это я виновата. Меня и накажите!
— Значит, ты у нас смелая, — дракон оценивающе всматривается в мое лицо. — Хочешь понести наказание за троих. А ты потянешь тройное наказание?
— Д-да, — выталкиваю из себя это слово, в ужасе от того, что меня ждет.
Воображение рисует сырую темницу. Цепи, приковавшие меня к стене.
