Выйти из боя

Через полчаса раненых загрузили в пустой грузовик, шедший в Подкомно на склад артснабжения. Катрин помогала поднимать бесчувственные тела. Сколько из раненых доедет до госпиталя живыми, гадать было страшно.

Катрин вытерла руки о траву, потом о пыльные листья. Лесная дорога, после того как по ней прошли танки, стала широкой. В обе стороны двигались машины. Части 8-го мехкорпуса нанесли контрудар, и батареям, и батальонам требовалось непрерывное снабжение. Лейтенанты совещались с капитаном Рацем. Капитан уводил своих артиллеристов на поиски последней гаубицы дивизиона.

Тягач под командой знакомого девушке уроженца города Серпухова ушел куда-то к Золочу. Лейтенант-пограничник хотел найти санбат. В госпиталь он идти не желал, считая, что тогда отправят в тыл надолго. Любимов колебался, уверяя, что бок не так уж и болит. Катрин оттянула его за локоть в сторону, зашептала:

— Не дури. Много ты, кривобокий, навоюешь? Вон, пограничник мужик серьезный, понимает.

— Да засядешь там, у врачей, потом не отпустят, — сомневался Любимов.

— На себя посмотри, — разозлилась Катрин. — Рожа как мел, того и гляди в обморок хлопнешься. Я тебя немного провожу, а потом по делам…

Лейтенант через силу ухмыльнулся.

— Не знаю, о чем ты с комполка говорила, но, похоже, ты сама себе хозяйка…

Катрин попрощалась с капитаном Рацем, пожелала удачи. Потом пожала руку щупленькому дальномерщику.

— У меня невеста на тебя похожа, — сказал красноармеец. — Только ростом поскромнее. Стреляет тоже хорошо. Всегда меня в тире перестреливала.

Вот вернусь, расскажу, как первый раз фашистов щелкали.

Артиллеристы двинулись на Золоч. Лейтенантам нужно было в другую сторону. Тыловые подразделения 10-й танковой дивизии располагались вроде бы у Вишневицев. Пограничник остановил машину, водители его почему-то слушались безоговорочно. В кузове утомленные офицеры тут же устроились подремать. Катрин разулась, осмотрела стертую пятку. Надо бы заклеить, но ничего похожего на пластырь под рукой не было. Девушка с трудом заставила себя обуться.

Пора уходить, пока окончательно в одноногую обузу не превратилась. Славная компания: безрукий, кривобокий и одноногая.

Катрин смотрела на пристроившегося в неловкой позе Любимова. Торопятся парни вернуться в строй. Если им сказать, что впереди четыре года, — не поверят. И правильно, человек не должен знать, что его впереди ждет.

Отдел «К», наверное, все-таки не тем занимается. Противоестественно так жить.

Машина выехала из леса. Было жарко.