И можно ли извиняться за лишение самого важного, что было в мужчине — его достоинства?
— Как твой экзамен? Выглядишь запыхавшейся. — Соверен чмокнул меня в лоб.
Невинное лобзание считалось верхом попрания этикета. На людях супруги были обязаны изображать холодную ненависть, но плевать он хотел. Газетчики устали обмусоливать тему, что чета Гард совершенно не следует правилам приличий (да-да, дурная кровь лесного народа заразна), и перестали печатать гравюры наших объятий.
— Экзамен нормально, — буркнула я и улыбнулась Хэйзер:
— Детка, ты можешь пойти к тете Руте, мне надо поговорить с папой.
— Ладно, — легко согласилась та и вприпрыжку бросилась к цветочной фее, с несчастным видом восседавшей на музейном пуфике. Двигаться подружке мешал большой живот…
Полгода назад Рута и Март Тегу поженились. В том, что невеста уже была в интересном положении от темного мага, пусть в то время еще неочевидном окружающим, ее матушка почему-то тоже обвинила меня, а не будущего отца.
Доказать, что свечку я парочке не держала и сама находилась в страшном шоке, не удалось. Мама Шейрос окончательно разорвала со мной все отношения.
— Что-то случилось? — заметно напрягся Соверен.
— Случилось. Еще как случилось! Давай отойдем…
Мы отодвинулись к стеночке под портрет ныне усопшего, но по-прежнему глубокоуважаемого свекра Гарда. Я раскрыла ридикюль.
— Смотри.
Нарисованный свекр, подозреваю, тоже заглянул в матерчатое нутро и чуть не свалился с картины.
Соверен нервами был покрепче и обладал здоровым чувством юмора.
— Что это? — уточнил он, хотя было очевидно, что в сумке спрятан каменный орган, с поразительной педантичностью воссозданный скульптором.
— Это часть Небесного воина.
— Позволь спросить… — Муж почесал бровь. — А почему она не на Небесном воине?
— Я ее случайно отломала.
— Как, ради всего святого? Ты его щупала?! — возвысил он голос и немедленно осмотрелся вокруг — не заметил ли кто-нибудь.
— Не щупала, а от вандалов спасала! Слышал об актах милосердия?
— Хорошо ты его спасла.
..
— Это надо прилепить обратно! — нетерпеливо перебила я. — Как будущий искусствовед я не имею права оставить скульптуру без важной части тела.
— Нет! — категорично отказался Соверен, тут же догадавшись, что приделывать придется единственному магу в нашем дуэте, умеющему сращивать вещи с помощью темной силы.
— Пожалуйста, — выдохнула я и состроила несчастные глаза.
