Выстрел, который снес крышу

Что у вас здесь творится? Зачем вы держите у себя киллера? Может, вы занимаетесь профессиональным отстрелом людей? Или ваша мафия что-то не поделила с Горухановым?

Косынцев долго и пристально смотрел на Павла, качая головой. Затем поднялся, направился к выходу, но в дверях остановился.

– Боюсь, Павел Евгеньевич, что вы нуждаетесь в серьезном лечении, – сказал он.

И прежде чем выйти из кабинета, махнул на него рукой. Таким жестом дьявол обрекает на вечные муки попавшего в ад грешника.

В одиночестве Павел пробыл недолго.

Санитар Серегин схватил его за волосы, оторвал от стула, после чего ударил кулаком в живот.

Пока Торопов приходил в себя, появилась Эльвира Тимофеевна.

– Василий, ну зачем руки распускать? – нервно размахивая сумочкой, без всякого осуждения спросила она.

Она велела санитару посадить пациентка на кушетку, после чего выставила за дверь.

– Что ж вы, Павел Евгеньевич, больничный режим нарушаете?

– Больничный режим для больных, а я здоровый…

Набросив на себя халат, врач взяла молоточек, подошла к Торопову и поводила им возле глаз.

Но он и не думал реагировать на него взглядом. Тогда Эльвира Тимофеевна ударила его молоточком в лоб, да так, что у него зарябило в глазах.

– Неважное у вас состояние, Павел Евгеньевич, – с едкой насмешкой заключила она.

– Могло быть и хуже, если бы я не отказался от ужина. С грибочками… Зачем к вам приходила Дарья Павловна? Что вы с ней сделали?

– Сколько раз тебе говорить, что Дарья Павловна существует только в твоем воображении, – как на неразумного недоросля посмотрела на Торопова Эльвира Тимофеевна.

– Конечно, и ты тоже существуешь в моем воображении, – скривил губы Павел.

– Нет, я существую в реальности. Кстати, ты можешь обнять меня, ощупать сверху донизу. Можешь почувствовать мою реальность, – с издевательским кокетством усмехнулась женщина.

– Вы же знаете, у меня связаны руки.

– Тогда ничем не могу тебе помочь… Ты интересный мужчина, Паша, и я бы даже могла тобой увлечься.

Если бы не была твоим врачом. Но я твой врач, а ты мой пациент, и никуда от этого не денешься. И люблю я тебя как врач своего пациента…

– И любовь эта до гроба.

– А вот провоцировать меня не надо, – Эльвира Тимофеевна глянула на Павла жестко и с упреком.

– Что со мной будет?

– Ничего. Просто закончим начатое. Я должна тебя вылечить, и я это сделаю.

– А ты, я смотрю, ждешь не дождешься, когда станешь овощем, – съязвила Архипова.