— Закатывал в стеклянные банки, как варенье или огурцы. Представляешь?
Они вышли из лифта, Орлов кивнул на кабинет Турилина и, великодушно приглашая разделить триумф, сказал:
— Пойдем доложим.
Турилин выслушал все с легкой улыбкой. Леве она показалась грустной. Орлов тоже поутих. Нервное напряжение спадало, усталость накатывала — состояние, знакомое для оперативного работника.
— Да, победами хвастаюсь, а о неудаче молчу, — несколько вяло сказал Орлов. — Перова задержать не удалось. Пропал вместе с женой. В половине шестого их уже не было, и судя по обстановке в квартире, они бежали впопыхах.
Ничего из ценных вещей не взято, даже женские украшения. Как она их оставила? Ориентировку надо дать, куда они денутся?
— Перовы здесь, у нас, — сказал Турилин, растягивая слова, явно думая о другом. — Он явился с повинной? — и посмотрел на Леву вопросительно.
— Да, Новиков оформляет, — ответил Лева.
— Как с повинной? — удивился Орлов, но тут же понял и повысил голос: — С какой повинной? Он бы еще из тюрьмы явился с повинной! — Подполковник расстегнул папку, которую держал в руках.
— Постановление об аресте и о проведении у Перова обыска были подписаны прокурором вчера. Вот! Вот! — он выложил на стол документы.
— Перов об этом не знал и явился сам, — Турилин развел руками.
— Так не бывает! Он знал! Его предупредили!.. — Орлов хотел повернуться к Леве, но сдержался.
Турилин не смотрел ни на Орлова, ни на Гурова, разглаживая лежавшие перед ним исписанные каллиграфическим почерком страницы, сказал:
— Оформлены, не оформлены документы — значения не имеет.
В законе ничего не сказано, когда предлагается являться с повинной. Закон либо есть, либо его нет. Третьего не дано. Перов явился с повинной, наш долг оформить явку надлежащим образом. Меру пресечения в отношении Перова решит прокурор, а меру вины — суд.
Орлов молча убрал документы, застегнул папку, прошелся по кабинету, чуть ли не толкнув Леву плечом.
— Я тут случайно на небезынтересную информацию вышел, — Турилин оглядел подчиненных и улыбнулся.
— Мария Григорьевна Калашникова, которую так гениально отыскал Лев Иванович, рассказывает, что со слов Евгения Семеновича Шутина ей известно… — И Турилин поведал о столкновении Ветрова и Перова, об угрозе разоблачения, затем о разговоре Шутина и Перова."
"— Калашникова не знает Перова и фамилию его не слышала, но Шутин называл героя своего повествования «боровом», а однажды вроде бы и Олегом. Все пока очень хлипко и бездоказательно, но довольно перспективно.
