В разговор он не вмешивался, думал, мол, раскопал-то «лавочку» я и доказательства добыл тоже я, а вы теперь с умным видом беседуйте себе.
Орлов смотрел на своих товарищей с сочувствием и беседы их не слышал, он думал о другом.
Когда полчаса назад Гуров вышел из кабинета, полковник указал на стул и сказал:
— Присядьте на минуточку, Петр Николаевич.
Орлов сел, а Турилин, надев очки, просмотрел какую-то бумагу, позвонил по телефону, произнес несколько междометий, переложил карандаш. Орлов уже достаточно хорошо знал характер полковника и по всей этой суете понял, что разговор предстоит неприятный, возможно, очень неприятный.
— Сегодня утром я был у генерала, — наконец произнес Турилин. Орлов напрягся. — Присутствовал и начальник управления кадров. — Полковник встал, вышел из-за стола и протянул Орлову руку. — Поздравляю, Петр Николаевич, вы назначены моим заместителем. — Турилин усадил Орлова на стул, сел рядом. — Высказывалось мнение, что надо подождать до конца раскрытия убийств Ветрова и Шутина.
Однако существовала и иная точка зрения, которая в споре и победила. При выдвижении человека на руководящую работу, видимо, не нужно руководствоваться результатами конкретного, даже очень важного расследования.
Если бы Орлов, как Лев Гуров, умел краснеть, он бы покраснел. Турилин встал, деликатно отвернулся и занял свое место за столом. Орлов знал генерала и знал его заместителя по кадрам, и представил себе утренний разговор. Генерал молчал и с хитрой улыбкой следил за полемикой.
Только полковник Турилин мог защищать его, подполковника Орлова, который уже пятнадцать лет старший инспектор. Руководство такое положение устраивает, на такую должность найти опытного человека крайне трудно. А если он есть, надо радоваться, зачем что-либо менять? Другой на месте полковника подробно рассказал бы, как он подчиненного защищал, характеризовал, расхваливал. В итоге подчиненный — раб до конца дней своих, всем обязан благодетелю.
Орлов посмотрел в худое нервное лицо начальника, который быстро надел очки, как бы загородился ими, защищаясь и опережая Орлова, сказал:
— Сегодня будет подписан приказ, завтра в десять вас ждет генерал. Он человек жесткий, но справедливый. Москва есть Москва, его должности не позавидуешь, — и, спохватившись, взглянул на часы. — Еще раз поздравляю… Мне на Огарева съездить надо…
Старшина привез из КПЗ Ванина, и Орлов вернулся к делам земным.
