Welcome в прошлое

– Да? – Я достала клочок бумаги из кармана, на нем был написан номер телефона, ниже имя и фамилия – Владимир Муромов, фамилия была подчеркнута.

– Чего он там написал? – спросил Вадим с интересом. Я показала ему записку. – Ну… – он пожал плечами. – Позвони, может, он и объяснит, в чем дело.

– Больно надо мне шизикам звонить. – Я скомкала бумажку и бросила ее в корзину с мусором.

– Ты пользуешься успехом, – заявил Вадим, смеясь. – Только и разговоров о новой официантке.

– И чего во мне такого особенного? – насторожилась я.

– Не бери в голову, – сказал он серьезно. – Поболтают и успокоятся. Кафе это открыл один тип еще четырнадцать лет назад. Был помешан на Че Геваре, нашему Степанычу кафе, можно сказать, по наследству досталось. Чтобы не терять клиентов, он все здесь оставил, как было при прежнем хозяине. Кафе в городе полно на каждом шагу, а такое, как у нас, одно. Контингент здесь особый, революционеры новоявленные. – Он засмеялся. – Большинство, правда, ходят сюда из любопытства.

– Революционеры? – ахнула я.

 – Настоящие?

– Откуда настоящим взяться, Натаха? – засмеялся Вадим. – Так, играются. Твой Муромов, должно быть, из их числа.

– А я здесь при чем?

– Это ты у него спрашивай. – Он вновь засмеялся, и мое любопытство так и осталось неудовлетворенным, что было обидно.

По дороге домой я рассказала Алене о записке, и мы немного погадали: парень просто идиот или его поступок что-нибудь да значит? Сошлись на том, что идиот, и успокоились.

На следующий день у меня был выходной.

С утра я отправилась в магазин, по дороге заглянула в парк с намерением немного прогуляться, но вскоре заторопилась домой, потому что не завела будильник и боялась, что Алена, чего доброго, проспит на работу.

Входная дверь оказалась не заперта. Это меня удивило, я точно помнила, что ее запирала. Конечно, Алена могла проснуться и без будильника, но с какой стати ей оставлять дверь незапертой? Может, она к соседям пошла? Войдя в квартиру, я громко позвала:

Не дождавшись ответа, решила: она точно у соседей, должно быть, звонит кому-нибудь от Марьи Павловны.

Сделала еще пару шагов, насвистывая, и замерла, увидев Алену. Та сидела на диване в ночной рубашке и таращилась на меня с таким видом, будто с утра употребила месячную норму спиртного.

– Ты чего? – растерялась я, и тут мне стало ясно: Алена в комнате не одна. В кресле сидел мужчина лет тридцати и играл ключами от машины; второй тип, постарше и посолиднее, пасся возле окна.