За всё надо платить

— Положим, насчет возраста я вам солгал, — сказал Арсен.

— А я знаю, что вы вообще-то предпочитаете пожилых мужчин. Молодые у вас успехом как-то не пользуются.

— С чего вы так решили?

— Ну как же, милая моя, а Денисов, с которым вы посещаете рестораны? Вас связывает с ним нежная дружба и весьма неформальные отношения. Слава Богу, о вашей взаимной любви пока что знаю только я. И о том, как вы ходили к нему гости, когда были в его городе. И о том, как целовали его в старческую морщинистую щечку, когда прощались с ним на вокзале.

И даже о том, как вы оплакивали его внебрачного сына. Да, кстати, я ведь знаю примерно, в какую сумму обошлась ему та помощь, которую он вам оказывал в прошлом году. Ох, и немаленькая эта сумма! И ведь если обо всем этом узнает ваше руководство, никто не поверит, что Эдуард Петрович делал все это из чистой старческой благотворительности.

— Ну и что в связи с этим? — спросила Каменская по-прежнему спокойно, даже голос не дрогнул.

— А ничего, дорогая моя. Ничего ровным счетом.

Или мы с вами будем все-таки дружить и эта информация останется нашей с вами маленькой тайной, или мы с вами дружить не будем, и тогда эта информация будет предана огласке. Так как?

— Значит, не боитесь?

— Ну что ж, завтра утром вас на работе будет ждать сюрприз. Могу заранее пообещать, сюрприз неприятный.

— Меня завтра не будет на Петровке. И послезавтра тоже.

— Меня отстранили от работы. И знаете, за что? За связь с Денисовым. Так что вы, уважаемый, опоздали. У меня и кроме вас, как выяснилось, полно доброжелателей.

Мне жаль вас разочаровывать, но эту карту из вашей колоды банально сперли и уже успели с нее пойти. Ждите следующей раздачи.

Она бросила трубку, и в ухо Арсену ударили короткие частые гудки.

Леша уже давно встал и раскладывал на кухне пасьянс, терпеливо ожидая, пока можно будет сесть за компьютер. Сонно волоча ноги, Настя приплелась на кухню, чмокнула мужа в макушку и полезла в холодильник за апельсиновым соком. Пока она стояла под горячим душем, Леша смолол кофе и поджарил на сковородке гренки с сыром.

— Питайся, соня, — сказал он. — Я пошел работать.

Настя взяла в руки чашку с горячим кофе, но не успела поднести ее ко рту, как из комнаты донесся Лешин голос:

— Эй, ты у меня лунатик?

— Когда ты успела поработать на компьютере? Ночью вставала?

Она торопливо поставила чашку обратно на блюдце и подошла к нему.

— Я работала на нем позавчера, больше не подходила. А в чем дело? Что-то неисправно?

— Да вот и я удивляюсь.