Забери меня

И тебе лучше не станет. Ты знаешь, сколько девчонок молодых по глупости аборты делают, а потом воют по ночам от содеянного? А сколько из них потом забеременеть не могут? Знаешь?

— А, по-твоему, лучше в двадцать лет стать матерью одиночкой? — голос срывается на крик, — и растить ребенка без мужика?

— Не надо мерить все в этой жизни наличием или отсутствием мужика! Если бы я так делала, то сначала бы Алиску смыла в унитаз, а потом и тебя!

Да, мама никогда не была замужем. Они с отцом сходились, расходились и в итоге разбежались окончательно.

— Это совсем другое.

— Нет. Не другое.

— Мама! Я еще учусь. Третий курс всего! — я на грани.

— Хочешь сказать, что еще маленькая, чтобы иметь своих детей? Что еще не нагулялась? Так, об этом надо было раньше думать. До того, как рогатку начала раздвигать, не заботясь о последствиях. Все, Лерочка, детство закончилось. Пора становиться взрослой и отвечать за свои поступки.

— Да не хочу я! Не хочу! — срываюсь истерику, — и не буду! У меня вся жизнь впереди.

Сейчас сдохну. Мне так больно, что сердце едва бьется.

— А никто тебя жизни лишать и не собирается. Это не конец света.

— У меня институт!

— Возьмешь академ, — спокойно отвечает она, — родишь, потом вернешься и доучишься. Или перейдешь на заочный.

Я как представлю, что все в универе узнают о том, как закончился мой роман — разрывом и одиноким материнством — так хочется сдохнуть еще сильнее. Это позор на всю жизнь. Все будут обсуждать, тыкать в меня пальцами, злорадствовать.

— И кавалера твоего надо подключать. Раз заделал — пусть тоже отдувается.

Вот тут меня накрывает по полной. Я вою в голос и сползаю по стенке на пол.

Какое подключить? О чем она вообще?!

— Лер, не ты первая. Не ты последняя… Что так убиваться?

— Мам, да у нее мужик богатый был. На шикарной тачке. С часами дороже, чем наша квартира!"

"— Почему я об этом не знаю?

Я продолжаю реветь, так что Алиска отдувается за двоих:

— Это был ее секрет, и я не могла его выдать.

— Ну что, я могу сказать, девочки. Молодцы. Досекретничались.

Сестра виновато втягивает голову в плечи. Мама тяжело вздыхает, смотрит куда-то в стену и качает головой.

— Насколько богатый?

— О-о-чень, — рыдаю я.

— Мажорчик или взрослый?

— Взрослый, — Алиса отвечает за меня.

Снова тишина и мои рыдания.