— Он ржет в голосину и ерошит мне волосы, пока я изо всех сил пытаюсь сражаться с проклятым жжением в груди. — И я в общем неплохой инвестор, так что…
— Погоди! — Я быстро вытираю сопли и взбираюсь на диван с ногами, чтобы между нами была хотя бы минимальная дистанция. — Я готова обсудить условия.
— И сразу бежать, — ухмыляется он.
Убить бы его за этот хитрый серебряный взгляд.
И длинные ресницы. Вот скажи, Мать природа, на хрена ты даешь мужикам длинные густые ресницы, шикарные густые волосы и ровные ноги, если все это — наше женское оружие?!
Ох, не туда тебя несет, Алиска.
— Я скопила немного денег, — задираю нос, потому что это вполне приличная сумма, ради которой я отказывала себе в очень многих вещах и пахала на трех работах. — И я приму твою… помощь, только если мы станем полноценными партнерами.
— Зай, мои финансовые возможности, поверь, вообще не пострадают, если ты потратишь свою «долю» на какие-то женские штуки.
— Только так — как полноценные партнеры! — Я нарочно скрещиваю руки на груди так, чтобы спрятать ладони под подмышками.
— Со всеми положенными деловыми отношениями, отчетами, сметами и все вот это вот.
Он приподнимается на носочках, тянется ко мне, опираясь руками на край диванчика.
Снова от него пахнет вообще на разрыв башки: под драные джинсы и толстовку с реперским принтом — аромат а-ля Умирающий от пули Дантеса Пушкин.
— Зай, а в твой список «вот этого вот» входит секс на столе переговоров?
Я что есть силы бью его кулаком в плечо.
Хохочет, хватает за руку и — уже привычно — взваливает на плечо, чтобы оттарабанить в спальню.
— Марк Игоревич, пощадите! — делаю вид, что брыкаюсь. — Я от вашего усердия в койке уже сидеть не могу!
— Знаешь в чем прелесть иметь свой бизнес, Зай? — шлепает по заднице. — Ты можешь работать даже лежа на животе.
Спустя пару часов, когда Бармаглот буквально выжимает из меня последние соки, и я обессиленно отползаю на край кровати, прикрываясь валиком из одеяла, в голове зреет мысль, что истории о том, что мужики за сорок уже медленно тухнут на «пол шестого» придумали молодые мальчики, у которых есть потенция, но нет ни малейшего представления, что с ней делать.
Пока что меня, молодую и резвую, этот «сивый мерин» затрахивает так, что я реально скоро начну от него прятаться.
Ну или привыкну и войду во вкус.
