Не зря же я плачу своему адвокату, — он подошёл ближе, убирая с её лица выпавшую прядь. — Я правда не хотел, чтобы так вышло, прости. Боялся расстроить тебя, думал сделать как лучше, а получилось…
— Ну почему ты не рассказал мне всё раньше? У нас же было полно времени… Представь, каково мне было увидеть её у тебя дома. Ладно бы какая-то другая женщина, но она… — её тон стал мягче, упрямая морщинка на лбу разгладилась. Растаяла."
"— Я не хотел ворошить прошлое, припоминать её… мою бывшую. Наш брак давно превратился в формальность, и я абсолютно не думаю об этом чёртовом штампе.
Тем более рядом с тобой, — Ян взял её за руки и притянул к себе, сжал в объятиях. — Прости за это дурацкое недоразумение. Я кругом виноват и готов понести любое наказание.
Она обмякла, положила голову на его грудь, крепко обняла в ответ.
— Я места себе не находила. Ещё бы чуть-чуть — и я бы тебя возненавидела…
— И есть за что — твои вещи до сих пор у меня, и, извини, я прикарманил пару твоих бюстгальтеров.
— Ян! — наигранно возмутилась она, утопая в нахлынувшей нежности и чувстве невероятного облегчения.
Уж что-что — а разряжать обстановку он умел. Она больше не злилась: счастливо улыбалась, прильнув как кошечка.
— Какие планы на вечер?
— Никаких, — промурчала ему в рубашку, счастливая до безумия.
— Тогда я приглашаю тебя на свидание…
— Серьёзно? А куда?
— В мебельный магазин.
— Куда? — отпрянула, немало удивившись.
— Мне кажется, сейчас самое время приобрести кровать. Большую и, главное, крепкую, — подмигнул, после чего получил шутливый удар кулачком в бок.
— Так ты мне поможешь? Признаться, я не особо разбираюсь в интерьере.
— Хорошо, давно пора привести твою берлогу в божеский вид, — она сняла со спинки стула сумочку и пошла на выход. — Тогда, раз всё равно будем в магазине, ещё нужен пушистый коврик в гостиную, обеденный стол, — обернулась, — и занавески!
Часть 113. Тимур
Тимур
«Ходит, готовит кофеёк. Делает вид, будто ничего не произошло. Сука».
— Будешь кофе? — спросила Яна и уставилась невинными голубыми глазами.
— Да, пожалуйста.
«Сука! Сука! Сука! Чёртова шлюха!».
Он был в ярости, взбешён, но сохранял завидное спокойствие. Ни один мускул не дрогнул на безмятежном лице, когда она поставила перед ним чашку дымящегося эспрессо. Как ни в чём не бывало села напротив, отпивая тёплый ромашковый чай.
Из выреза шёлкового халата выглядывало очертание маленькой упругой груди с провокационно торчащими сосками.
