Забытое

— Алое на белом, мертвое на алом, силой Вьюги зову! Силой крови и снега приказываю! Отзовись! — забормотал Киар, разбрызгивая по снежной фигуре свою кровь.

Уродливая фигура вдруг шевельнулась. Плохо слепленные снежные конечности выпрямились, и волк встал на ноги. Встряхнулся, сбрасывая с серебристой шерсти капли крови и ледяную крошку. Миг — и вместо гротескной фигуры на пустоши оскалился живой белый волк с яркими кровавыми глазами и перстнем посреди лба. Его голову венчала железная корона с тремя рубинами в центре.

Киар одним движением опустился на колено и склонил голову.

— Ваше Величество, — выдохнул он.

Волк некоторое время не двигался. Его кровавый взгляд осмотрел пустошь и затянутые дымкой снега стены Вестхольда и лишь после переместился на застывшего коленопреклонённого лорда. Из открытой пасти донесся приглушенный расстоянием голос:

— Киар, наконец-то. Вьюга сберегла тебя. Я рад.

— Хвала Вьюге, Ваше Величество, — Киар не поднимал головы, приветствуя того, кто на далеком Севере мог говорить с ним через снежного голема.

Киар рывком поднял голову, встречая алый волчий взгляд.

— Ты не ранен? — поинтересовался король Колючего Архипелага. В его голосе не было эмоций, но даже сам вопрос дорогого стоил.

— Со мной все в порядке, благодарю, Ваше Величество. С Рейной тоже.

Волк остался безучастным к здоровью сестры Киара.

— Ледяной Круг будет счастлив услышать столь прекрасные новости, Киар. Но ты использовал мертвый артефакт, — в глухом голосе едва уловимо проскользнула озабоченность.

— Верховный февр мертв, — глухо произнес бесцветный. — Как и весь Малый Совет — за исключением леди Куартис.

— Вот как, — после короткой паузы продолжил волк. Эмоций в голосе короля по обыкновению не было. — Какая потеря для Империи. Мы не могли поверить, что Двериндариум действительно захвачен. Однако… Расскажи, что произошло.

Киар сухо и без подробностей поведал все, что знал.

— Ржавый Король? — легкое недоумение в бесстрастном голосе. — Кто он такой?

— Пособник ренегатов. Негодяй и наглец!

Серебристый волк оскалился, его глаза влажно блеснули.

— Я слышу в твоих словах чувства, Киар. Это ненависть?

Бесцветный замер, коря себя за проявленную слабость. Выказать чувства для лорда Колючего архипелага — дурной тон. Проявить их в присутствии короля — непростительная глупость.