Зачем цветет лори

Ты моя… только моя. Я убью любого, кто к тебе приблизится… Убью… И убью тебя, если ты посмотришь на кого-нибудь… Ты моя.

Его пальцы ласкали ее, пока он двигался, снова и снова врываясь в ее тело, не в силах остановиться. Да он и не хотел уже останавливаться.

Ужинали они в комнате, аид кормил Оникс с рук, не позволив ей одеться.

— Мне так неудобно, — мрачно сказала она.

Опьянение прошло, и голова была тяжелой, тело болело. Оникс хмурилась, не в силах выдавить из себя улыбку, как он хотел. Ее накрыло странной волной равнодушия ко всему.

Хотелось просто уснуть и спать, не просыпаться больше никогда.

Аид поднес к ее рту кусочек сладкого фрукта.

— Зато мне удобно, — отозвался он.

Оникс с ненавистью посмотрела в его глаза. Внутри поднялась отчаянная злость.

— Отпусти, не хочу, — сказала она, вырываясь.

Он положил фрукт на стол и, как ни странно, отпустил. После долгих игр с раяной он чувствовал себя слишком довольным, так что разжал руки, забавляясь ее злостью.

Оникс торопливо закуталась в покрывало, и аид рассмеялся.

Сам он сидел, раскинувшись в кресле и не стесняя себя одеждой.

— Что за лицемерие, Оникс? — усмехнулся он. — Думаешь, я еще чего-то не видел? Даже не знаю, поискать, что ли?

Девушка отошла в дальний угол, подальше от аида.

— Зачем ты спрятал сегодня запах лори?

Лавьер помолчал, рассматривая девушку. Он раздумывал, стоит ли говорить ей о своих планах. Впрочем, какая разница, будет она знать или нет. Раяне от него никуда не деться.

— Я не повезу тебя в Темный Град. Мы поедем в Синие Скалы, это мои владения.

Ты будешь жить там.

— Ты собираешься нарушить приказ императора? — пораженно спросила она, осмыслив его слова.

— Не слышу в твоем голосе радости и благодарности, раяна. Думаю, тебе стоит постараться, чтобы наградить меня. Или моему обществу ты предпочитаешь мучительную смерть? Знаешь, с раян сдирают цветок лори вместе с кожей. С живых, конечно. Кусок за куском…

Оникс сглотнула, чувствуя волну отвращения. Аид смотрел на нее с насмешкой.

— Так как, Оникс, поедешь со мной? Или к императору?

Лавьер развлекался, потому что никакого выбора у девушки не было.

Он своих решений не менял. Но он хотел, чтобы она поверила в эту иллюзию, в то, что сделала свой выбор сама.

Оникс сидела, опустив голову. Она тоже понимала, что выбора нет. Разве можно добровольно согласиться на страшную смерть в Граде? Быть, как сейчас, игрушкой аида тоже не слишком радостно, но это шанс… Шанс на спасение, на побег, на жизнь. Тем более что терять ей нечего.