Загадка домашнего привидения

— Андрей Станиславович, — проговорила она томным голосом. — У меня вопрос.

— Да, Школьникова? — посмотрел на нее учитель.

— Почему, если Джордж Вашингтон так много сделал для Штатов, его портрет на однодолларовой купюре, а Франклина на ста? Сто баксов-то как-никак деньги. А один бакс — просто тьфу.

Андрей Станиславович оторопел. Ему как-то раньше не приходило в голову рассматривать историю Соединенных Штатов с такой точки зрения.

— Кому доллар тьфу, а кому деньги, — ворчливо произнес с места Темыч, — а потом, однодолларовых купюр выпускают больше.

Поэтому на них и должен быть портрет самого главного президента.

— Вот это Темка! — с благодарностью поглядел на него Андрей Станиславович. Темыч гордо выпятил худую грудь.

— Все равно Машка права, — подал реплику с задней парты Марат Ахметов. — Сто баксов круче.

— По одному доллару можно тоже сто баксов скопить, — заспорил с ним Боря Савушкин. — Знаешь, какая пачка получится.

— И пока будешь, например, их отсчитывать в магазине, сто раз посмотришь на Джорджа Вашингтона, — подхватил Мишка Сидоров.

— Слушайте, может, займемся историей? — спросил Андрей Станиславович.

Тут распахнулась дверь. В класс вошел директор две тысячи первой школы Михаил Петрович.

— Что у вас тут за дискуссия? — повернулся он к Андрею Станиславовичу.

— Обсуждаем денежную реформу во время войны за независимость в североамериканских штатах! — выпалил первое, что пришло в голову, Женька.

— Вот оно как, — заинтересовался директор. — Выходит, они сразу одновременно с войной реформу затеяли?

— История этого не подтверждает, — сказал чистую правду Андрей Станиславович.

— Чего же тогда обсуждать? — удивленно поднял брови директор.

— А мы в порядке гипотезы, — пришел на помощь учителю Олег.

— В порядке гипотезы — это хорошо, — одобрил директор, который всегда с уважением относился к смелым педагогическим экспериментам. — И как же вы обсуждаете?

— С помощью сравнительного анализа долларовых купюр! — воскликнул Тема, который сегодня был явно в ударе.

— Очень полезный анализ, — одобряюще улыбнулся Михаил Петрович классному руководителю девятого «В».

 — В особенности, когда у нас в государстве строятся рыночные отношения. Я, собственно, вот что хотел сказать, — спохватился он. — У вас по расписанию после пятого урока бассейн. Но физкультура поскользнулась и сломала ногу. То есть, — осекся Михаил Петрович, — конечно, не физкультура, а ваша учительница физкультуры Ираида Георгиевна. На период болезни ее заменит Арсений Владимирович.