Загадка Эндхауза

В результате все, что произошло в этот день, запечатлелось в моей памяти в виде какого-то кошмара, а Пуаро, иногда забегавший в мою спальню, представлялся мне неким фантастическим клоуном, который периодически появляется на арене.

Мне кажется, он был наверху блаженства. Его растерянность и отчаяние были неподражаемы. Не знаю, как ему удалось осуществить тот план, в который он посвятил меня на рассвете. Факт тот, что он его осуществил.

Едва ли это было легким делом. Замысел Пуаро от начала до конца строился на обмане и всевозможных увертках.

Беспардонная ложь претит натуре англичанина, а Пуаро потребовал от посвященных в его план поистине чудовищной лжи.

Прежде всего ему необходимо было обратить в свою веру доктора Грэхема. Заручившись его поддержкой, он должен был обеспечить себе помощь сестры-хозяйки и еще кое-кого из больничных служащих. И это тоже был, конечно, адский труд. По-видимому, дело решил авторитет доктора Грэхема.

Затем еще оставался начальник полиции со своими полицейскими.

Замыслу Пуаро противостоял весь бюрократический, чиновничий аппарат.

И все же ему удалось наконец вырвать согласие у полковника Уэстона. Полковник категорически заявил, что снимает с себя всякую ответственность. Пуаро, и только Пуаро, отвечает за распространение ложных слухов. Пуаро согласился. Он согласился бы на все, что угодно, только бы ему не мешали осуществить его план.

Почти весь день я просидел в глубоком кресле, закутав ноги пледом, и дремал. Каждые два-три часа ко мне врывался Пуаро и докладывал о ходе событий.

– Ну, как дела, мой друг? Как я вам соболезную. Впрочем, возможно, что все к лучшему. Фарс скорее моя, чем ваша стихия. Я только что заказал венок – огромный, изумительный венок. Лилии, мой друг, великое множество лилий. «С искренней скорбью. От Эркюля Пуаро». О! Что за комедия!

– Имел весьма трогательную беседу с мадам Райс, – сообщил Пуаро при очередном набеге на мою спальню. – Вся в трауре, что, кстати, ей весьма к лицу. Ее несчастная подруга! Какая трагедия! Я сочувственно вздыхаю.

Она была так весела, так жизнерадостна. Немыслимо представить ее мертвой. Я соглашаюсь. О да, смерть просто насмехается над нами. Старые, никому не нужные остаются, а она забирает таких, как Ник!.. О-ля-ля! И я опять вздыхаю.

– Вы прямо наслаждаетесь, – сказал я слабым голосом.

– Вовсе нет. Ведь это часть моего плана. Чтобы успешно разыграть комедию, в нее надо вложить душу. Ну а покончив с ритуалом, мадам переходит к более насущным делам.