Он только вчера вечером приехал с конгресса преподавателей российских общеобразовательных учебных заведений, который проходил в Саратове. Проведя там весьма плодотворно время, Михаил Петрович решил с утра совершить обход школы.
— Здравствуйте, друзья мои! — бодро приветствовал он девятый «В».
Тут мимо его лица с угрожающим свистом пролетела гантеля Марата Ахметова.
— Это еще что такое? — отпрянув назад, директор придавил спиной к двери Мишку Сидорова, который спрятался за ним от Моей Длины.
Сидоров заорал как резаный.
Директор шагнул вперед. Моя Длина, узрев снова Сидорова, нагнулась за гантелей.
— Школьникова! — обрел, наконец, дар речи Андрей Станиславович. — Оставь в покое гантелю! Убьешь же кого-нибудь!
Голос любимого учителя подействовал на Мою Длину магически."
"— Ой, Андрей Станиславович, извините, — проворковала она.
Марат Ахметов кинулся к своей ненаглядной гантеле и спешно убрал ее в рюкзак.
— Андрей Станиславович, вы мне не объясните, что у вас тут происходит? — вмиг пропало хорошее расположение духа у Михаила Петровича.
Тут Олег понял, что классного нужно выручать. Они заварили эту кашу, значит, сами должны и отдуваться.
— Разрешите я, Михаил Петрович! — вскочил он с места. — Дело в том, что сейчас во многих школах Европы практикуется методика преподавания истории, — не давая опомниться директору школы, быстро заговорил он. — Учащиеся познают материал на практике и таким образом лучше усваивают атмосферу эпохи!
— Как, как? — покрутил головой директор две тысячи первой школы.
— Ну, вот, например, мы сегодня вместе с Андреем Станиславовичем попробовали сымитировать ситуацию крестьянского восстания. Теперь нам стало яснее, как это происходило в России восемнадцатого и девятнадцатого веков.
— Так, так, — пробормотал Михаил Петрович и вдруг улыбнулся. — Вообще-то я теперь вспомнил: о таком методе на конгрессе в Саратове говорили. Очень интересно. Нам, старым преподавателям, конечно, методику менять уже трудновато. А вот вам, молодежи, — перевел он взгляд на Андрея Станиславовича, — и карты в руки.
Экспериментируйте. Дерзайте.
Андрей Станиславович машинально кивнул.
— И нечего скромничать, — истолковал по-своему его поведение Михаил Петрович. — Действительно интересное начинание. Только, — принюхался он, — почему у вас чем-то тухлым воняет? Канализация протекла, что ли?
— Нет, мы пытались создать атмосферу гнилых болот! — бодро отрапортовал Женька.
— Ну, молодцы, молодцы, — похвалил директор.
