– Возможно ли, что она проглотила яд случайно? – спросил коронер.
– Я считаю это крайне маловероятным. В хозяйственных целях стрихнин не используется, и на его продажу существует ограничение.
– Что-нибудь в вашем обследовании дает возможность определить, каким образом яд попал к жертве?
– Нет.
– Как мне известно, вы прибыли в Стайлз-Корт раньше доктора Уилкинса?
– Да, это так. Я встретил в воротах машину, отправившуюся за доктором, и поспешил в дом.
– Расскажите, что произошло дальше.
– Я вбежал в комнату миссис Инглторп. Она лежала на кровати, и все ее тело сотрясали типичные сильнейшие конвульсии. Она повернулась ко мне и, задыхаясь, произнесла: «Алфред… Алфред!..»
– Мог стрихнин находиться в чашке кофе, которую ей отнес муж?
– Возможно, однако стрихнин – яд довольно быстродействующий. Симптомы отравления появляются через час-два после того, как он попадает в организм. При определенных обстоятельствах его действие может быть замедлено, но в данном случае они не имели места.
Как я полагаю, миссис Инглторп выпила кофе после обеда, часов в восемь вечера. Между тем симптомы не проявлялись до раннего утра, а это говорит о том, что яд был выпит значительно позже.
– Миссис Инглторп имела привычку в полночь выпивать чашку какао. Мог в нем содержаться стрихнин?
– Нет, я взял на анализ какао, оставшееся в блюдечке. Он показал, что стрихнина там не было."
"Рядом со мной Пуаро тихонько хмыкнул.
– Вы что-то знаете? – прошептал я.
– Слушайте!
– Надо сказать, – продолжал доктор, – я был бы немало удивлен другим результатом.
– Почему?
– Стрихнин обладает очень горьким вкусом. Его можно распознать в растворе один к семидесяти тысячам, поэтому скрыть стрихнин может только что-нибудь тоже сильно горькое. Какао для этого не подходит.
Один из присяжных пожелал узнать, относится ли это и к кофе.
– Нет. Вот как раз кофе имеет горький вкус, который способен скрыть наличие стрихнина.
– Значит, вы считаете более вероятным, что яд оказался в кофе, но по каким-то неизвестным причинам его действие задержалось?
– Да, но чашка из-под кофе была полностью раздавлена, так что провести анализ ее содержимого не представилось возможным.
На этом показания доктора Бауэрштейна закончились. Выступивший за ним доктор Уилкинс подтвердил сказанное коллегой.
