Все, что было с ними связано, осталось в далеком прошлом. Что называется — с глаз долой, из сердца вон.
Как только у него заводились лишние деньжата или появлялось свободное время, а то и вовсе без всякой причины — он тут же отправлялся в Италию. Точнее сказать, в Тоскану. Одно время он даже подумывал о том, не объяснялась ли тяга к этим местам какими-то кровными узами. Но поскольку цвет волос у него был светлый, а глаза — голубыми, это предположение пришлось отбросить. Как бы там ни было, именно в Тоскане он чувствовал себя как дома, здесь он обрел покой.
Он даже купил себе в горах небольшой, перекошенный домишко. Конечно, до виллы ему было далеко, но и халупой нельзя было назвать. Скромное ветхое строение пряталось в неухоженном саду, где всегда пахло розами, независимо от того, какому растению пришло время цвести.
Его друг Паоло помогал чинить крышу, и как-то днем, после ленча, он ушел домой, оставив на столе обертку из-под бутерброда. Этой оберткой оказался давний выпуск международного издания Wall Street Journal.
Газета была старой и пожелтевшей, типографская краска выгорела на солнце. Он до сих пор удивлялся, зачем его потянуло прочесть новости из мира финансов США двухмесячной давности. С другой стороны, он привык уделять минутку-другую книгам и читал везде — в ванной, перед телевизором, за едой. Склонившись над тарелкой остывших макарон, он наткнулся на статью о реорганизации семейного предприятия Макдауэллов — MacDowell Industries.
В статье не упоминалось о том, что глава семьи находится при смерти.
Но для Алекса это не имело значения — он давно научился читать между строк. Ну что же, подумал он, пришло время вернуться домой и получить ответы на вопросы, которые не давали ему покоя.
Он не помнил, когда в его голове зародилась эта идея. Поначалу он думал просто вернуться в родные пенаты и предстать перед очами любящей семьи. Но сначала он хотел встретиться с Уорреном — ему не хотелось, чтобы Салли умерла от разрыва сердца при внезапном появлении блудного сына.
Но прорваться к Уоррену оказалось непросто.
От обычного люда он скрывался за толстыми стенами кабинета, а на телефонные звонки отвечали многочисленные секретарши. Телефонный номер нью-йоркской квартиры дяди в справочниках не значился, а если Алекс когда-то и знал его, то по прошествии времени это знание начисто стерлось из памяти.
В конце концов, когда его терпению пришел конец, он оставил краткое сообщение о том, что Алекс Макдауэлл желает увидеться со своим дядей.
