Сейчас вы отправляете на смерть меня, гражданского человека, который не знает, с какой стороны держать в руках автомат. Вы уверенны, что с порученным делом я справлюсь лучше вас? Можете не отвечать, это риторический вопрос. Я пойду в бой, ибо по сложившейся традиции «кадровые военные нужны для парадов, а когда приходит время лежать в окопах и стрелять, то это делают купцы, бухгалтера и учителя».
Этот неуклюжий солдат развернулся и пошёл по лесополосе в сторону Петровки.
Васильев, пристыженный, молча смотрел уходящему вослед.
Наверное, учитель годился ему в отцы, и Виктору было, что сказать в ответ, ибо он уж точно не принадлежал к той значительной части «кадровых военных», пустую суть которых быстро обнажила начавшаяся война. Он мог бы рассказать, как он, командир взвода, принял роту под Киевом, когда ротный, желая уклониться от участия в смертельных боях, вначале сказался больным, а затем и вовсе написал рапорт на увольнение – «запятисотился» - как это теперь называлось. Или как он под Осиновкой увлёк за собой в атаку свою и соседнюю роты, выбив противника с опорного пункта.
Или как в Николаевке он в одиночку держал оборону сбежавшего взвода – отражая атаку танка и взвода пехоты. Да, к моменту, когда он стал командиром батальона, он уже не воспринимал солдата иначе, как расходный материал, но упрекнуть его в этом не мог никто, кто знал, сколько раз смерть раскрывала над Васильевым свои крылья, и сколько раз он профессионально избегал с ней встречи.
- Как он тебя сделал, - сказал Юра, когда офицеры направились обратно к Горскому, вглубь лесополосы, встречать штурмовой взвод первой роты."
"- Да он ведь прав, - сказал Витя. – Он во всём прав. Мы входили на Украину опереточной армией, многие командиры которой не были готовы не только к бою, но и не умели нормально провести учения с боевой стрельбой – ибо были отучены принимать самостоятельные решения и нести ответственность. Зато все умели заполнять миллион журналов учета, контроля, наблюдения, проверок.
Зато все умели делать фотоотчёты и красиво докладывать на бесконечных совещаниях по ВКС. И как только началась война, тут же все и вскрылись – кто чего стоит.
- Я потому и ушёл когда-то из армии, - сказал Трофимов. – Противно было смотреть на этот цирк, и на клоунов в больших погонах.
- А почему вернулся? – спросил Гусев.
- Да потому что цирк – это немного не та организация, которая должна уметь воевать, - ответил Юра.
