Захват Московии
7 прочтений
— Скотч перед ланчем!
Битте шён, Иван Андрейч… А говорят, что немцы пунктуальны? А? — Он шутливо с хрустом заломил манжет: — Сколько у нас? Почти два…
Я начал оправдываться:
— Пока ванна… сё и то, и эдакое… Часов нет… телефона нет… у вас… — но он прервал меня:
— Конечно, кто в милицию своими ногами идти хочет? Но учтите, все ваши бумаги готовы, как и обещано! — Он налил коньяк и ловко пустил бокал по полированному столу прямо ко мне в руки, а сержанту указал: — Один и ты можешь хряпнуть, братец, но только чтоб потом чаем закусил.
— Спасибо, товарищ господин полковник. — И сержант налил себе добрые полбокала.
— Не многовато ли? — сощурился полковник. — Ведь ты на работе, нас еще везти.
— Так я… на два раза… чаем закушу… или чесночком…
— Нет уж, лучше чаем. Ну, за наше знакомство!
Он поднял бокал и как-то просветленно-обрадованно посмотрел на меня.
Все выпили. Сержант отглотнул половину, поморщился и вороватым движением допил остаток, а я, испуганный Виталиком, пил с осторожностью — вдруг это тот самый… опылённый… Бутылка очень уж того, фанфаристая… А что, если спросить? Он знать точно будет… шахер-махеры, гешефты… И я, размягчев от коньяка, сказал о подозрениях Виталика, на что полковник удовлетворенно кивнул:
— Конечно, всё паленое.
— Да, бывает. Недавно мафия на свое вино, калабрийское, этикетки от французского бордо… пятьдесят тысяч бутылок… того…
— Но вино можно было пить?
— Конечно! Калабрия — не хуже того… бордо в пальто… реально…
Пальцы полковника покрутили рюмку.
— Видите, у вас мафия хоть совесть имеет. А тут… Знаете, как система пала, так народ стал на всякие махинации очень изворотлив. И всегда был вороват, ну а теперь… — Он махнул рукой.
— Ворый народ? — уточнил я. — Воряры?
— Воры, воры… Чего только не услышишь в этом кресле!
Сержант Пьянчуткин до этого молча тёрся в одиночестве, как вдруг нетвердым голосом сообщил из угла:
— А недавно один топтун из 2-й бригады сам слышал, когда был на задании в ночном клубе, как один халдей сказал другому — вона, большой спец к нам пожаловал, по полтыщи баксов за бутылку платит, и уже бухой, ничего не соображает, но заказ дал, так пусть Сереженька аккуратненько и по-быстрому «Бордо ля Савиньи, 1975» и другую, «Клермон-де-Буа, 1998», сделает… у него наклеек отксерена туча… Вот чего делают, падлы!.