Захват Московии

Тут как тут легавые подскочили, работники ножа и кулака… Замели, как фраера сохатого! Ячейку дежурный открыл — менты обомлели: такого улова не ожидали… Там только чистого кодеина граммов триста было… а еще герыч… Ну, меня сюда, вещдоки — к себе… Сейчас на допрос поволокут… Спасибо тебе, помог с колёсами, а то…

— Это сержант Саня хороший…

Винт промолчал, улёгся, завозился.

Да, бывают случаи — чтобы поддержать разговор, я вспомнил, что по ТВ показывали, как два панка решили ограбить Музей аптеки в Хайдельберге, где первыми лечебными экспонатами лежали два здоровенных бруска, кило по четыре — опиума и гашиша, я сам видел (мы со школой ездили на трехдневную экскурсию, собор смотреть); на опиуме штамп «East India Company, 1816», на гашише — «Radshastan, 1821».

Панки спрятались в музее, а ночью вытащили бруски, как-то открыли дверь и убежали. Их скоро нашли, очень разочарованных — оказалось, что они украли муляжи (а настоящие опиум и гашиш были использованы по назначению ещё во время войны).

— Вот у них облом был! — зло восхитился Винт.

 — Прикинь, ждешь четыре киляги опиухи — а тебе пластик суют!

Помолчали. Я спросил:

— А давно это делаешь?

Винт, лежа на спине, нога на ногу, дрыгнул грязной кедой:

— С детства. Да и детство было — пшик: чердак, подвал, подъезд, вокзал… Сейчас вот гепатит, нос сломан, ножевое в живот перенёс… Такая жизнь злоебучая…

— Да, дикие люди-людоёбы… И что куда теперь сейчас?

— Со мной? Да лет восемь дадут как пить дать…

— Дать воду? — Я потянулся за стаканчиком, но он махнул рукой:

— Нет, спасибо… Много воды нельзя… У меня уже третья ходка, рецидив… До восьми, легко, как два пальца обоссать…

Я подумал — что за странная идиома? Разве это легко сделать? Обязательно и на третий-четвертый палец капли попадут, но не стал спорить, уточнил:

— Рецидив — наркотик?

— Да.

Одна ходка еще с грабежом — барыгу по ходу дела обобрали… А чего — смотреть на него, когда он такие цены заламывает?.. За коробок мацанки — штуку баксов! Это где видано? Правда, мацанка — бомба. Но и штуки по улицам не разбросаны… А тебя за что? На ширакета не похож…

— За что тебя повязали?

Я не знал, как уйти от этого вопроса:

— Совсем нет. Неприятное злосчастие такое… с визой…

— А, ерунда. Значит, выпустят скоро… А мне греметь на всю катушку.

Я решил осторожно спросить:

— А штраф… нельзя заплатить?…

— Бабки ментам дать?.. Как нельзя?.. Да где бабки-то?.. Я всё проширял, на полном голяке. Думал, с этого чемодана разживусь, раскручусь… Какое там!..