Захват Московии
0 прочтений
— Ничего себе! А вот у моей мамы — пенсия семь тысяч рублей… Сравнить можно?
— Если бы мои старики в месяц по восемьдесят тысяч платили бы, то и тут можно было бы хоромы отгрохать бы…
Опять «бы, бы, бы»… А ведь сослагательное наклонение, Konjunktiv, очень странно строится в русском: прошедшее время + бы. Почему прошедшее?.. Речь же идёт о будущем, о желаемом будущем?.. «Я бы поехал». Значит, я желаю ехать-поехать?.. Или уже квазипоехал?.. Такого нет в других языках, всюду специальные формы, а тут… Тут тоже тайна души.
Пока я перемалывал эти ненужные, но очень важные для меня лингвомысли, женщина деликатно заглянула в свёрток и, взяв пирожок:
— Можно?.. — начала его тихо жевать.
— Конечно. Всё, что там… Мы уже… Зацени!
Женщина перевела взгляд с пирожка на меня (глаза были с остатками туши):
— Был, был замок на большом люке! Так они с другого, малого, люка полезли, куда наш дворник лазал до этого, что-то с проводкой было, чинил… И, видно, забыл крышку запереть, а они, пролазы, и пронюхали… А арестовали меня и вахтёра, как будто мы невесть кто, как будто мы не могли дома суда ждать… А вы как попали сюда?
Я решил опять вспомнить о визе:
— У меня виза не отрегистрирована… да… но скоро пустят…
— Дай-то бог.
— Трупы — очень плохо? — встревожился я, вспомнив об узбеке.
Раиса аккуратно оторвала край бумаги, вытерла губы (с остатками помады), подтвердила:
— Да, когда трупы в деле — пиши пропало…
— Что писать? Что пропало?
— Придётся сидеть. А семья как? Муж и так на двух работах еле тянет… А тут еще я…
Я вспомнил о спасительном штрафе:
Она шмыгнула носом и сказала что-то, мне очень не понравившееся:
— Штраф — это само собой…
«Как это — «само собой»? Это как понимать?» — не успел я встревожиться по-настоящему, как она еще больше сгустила мои опасения:
— И штраф, и конфискация… Всё сделают — и еще срок дадут… Ах, сам чёрт ногу сломит!.
Со страхом думая о своём, я машинально отозвался:
— Да, адвокаты… Полковник тоже… юристы все…
— Какой это полковник? — метнула она взгляд.