Отключила? Батарея разрядилась? Или находится там, куда мобильная связь не достает? Например, в метро. Или в каком-нибудь подвале. Хотя у Ларки своя машина, но с этими ее сомнительными подружками, лесбиянками и наркоманками, она может оказаться где угодно. А может быть, она уже дома, мирно пьет чай в компании с Ниной Максимовной или смотрит телевизор? Нет, не может быть, Нина тут же перезвонила бы ему и сказала, что Ларка вернулась, мать знает, как он нервничает, со вчерашнего вечера не может жену найти.
Дома она не ночевала, но это дело обычное, хотя прежде она всегда отвечала на звонки и Валерий точно знал, что она спит в мастерской. Целые сутки от нее ни слуху ни духу. Это может означать только одно: пристрастие к наркотикам сделало новый виток, теперь она или дозу сильно увеличила, или употребляет что-то другое, от чего мозги напрочь отшибаются и теряется представление о том, что нужно все-таки хотя бы звонить домой, пусть не приходить, но хоть объявляться, чтобы близкие не сходили с ума от волнения и не искали по подворотням, милициям и моргам.
Но домой он на всякий случай позвонил. И ничего нового не услышал. Нина Максимовна тоже тревожилась, правда, по несколько иному поводу.
– Сынок, приезжай, пожалуйста, – жалобно попросила она. – Я боюсь. Если Лариса такое себе позволяет, то я могу представить, в каком состоянии она явится домой. Я боюсь оставаться с ней одна.
Конечно, мать думала только о том, что будет, когда невестка вернется домой.
А Риттеру было все равно, что будет, лишь бы вернулась наконец. Лишь бы нашлась. Или хотя бы позвонила."
"Надо ехать в мастерскую, открывать дверь своим ключом и смотреть, что там и как. Может быть, Ларка сдуру передознулась и теперь лежит там одна, без сознания, и некому ей помочь?
Эта мысль приходила ему в голову неоднократно в течение всего дня, и Риттер уже брался за пальто, собираясь ехать, но вспоминал отвратительную картину, которую увидел, когда неожиданно нагрянул в мастерскую вместе с Анитой, и снова вешал пальто в шкаф и возвращался в кабинет.
Нет, не готов он столкнуться с этим еще раз. А ведь может быть и кое-что похуже, например, не одна партнерша, а несколько. Или свальный грех, разнузданная оргия. Зачем ему это видеть? Достаточно того, что он вполне допускает: это может быть. Он понимает, почему это происходит, и знает, кто в этом виноват. Не Ларка, а он сам.
