Замок Броуди

Мэри безмолвно оглядывала запущенную, непроветренную кухню, потом, обернувшись к Несси, спросила с удивлением:

— И отец это терпит?

— Терпит! — повторила Несси. — Да он и не замечает ничего, и у него самого вид еще хуже: платье висит мешком, глаза впали, совсем ушли под лоб. Я пробовала убирать, но стоит мне пальцем чего-нибудь коснуться, как он начинает орать так, что у меня голова готова треснуть от его крика, и велит мне заниматься, и грозит всячески, ну, просто запугивает меня до сумасшествия.

— Вот, значит, до чего уже дошло… — пробормотала Мэри словно про себя.

— И это-еще не все, — жалобно воскликнула Несси, широко раскрытыми глазами глядя на сестру: — Бабушка делает, что может, но она уже еле ходит. И она его тоже боится. С ним никто не может справиться. Нам с тобой лучше всего убежать отсюда куда-нибудь поскорее, пока с нами ничего не случилось.

Она всем своим видом, казалось, умоляла сестру бежать с нею сию же минуту из развалин родного дома. Но Мэри покачала головой и, стараясь говорить твердо и весело, возразила:

— Мы не можем уйти отсюда, Несси.

Подойдя к окну, она подняла его, и в комнату ворвался холодный ветер.

— Вот мы и впустили немного воздуха. Пусть комната проветрится, а мы с тобой пока погуляем за домом. Потом я здесь все приведу в порядок.

Она сняла пальто и шляпу, положила их на диван и, снова повернувшись к Несси, обвила рукой ее тонкую талию. Обе вышли из дому по черному ходу.

— Ах, Мэри! — в экстазе воскликнула Несси, тесно прижимаясь к сестре, когда они медленно гуляли взад и вперед по садику за домом. — Как чудесно, что ты опять со мной. Ты такая сильная, я на тебя крепко надеюсь. Теперь, наверное, все пойдет хорошо. — Затем вдруг прибавила без всякого перехода: — Что с тобой было? Что ты делала все это время?

Мэри вытянула вперед свободную руку.

— Работала. Вот этими самыми руками, — сказала она весело. — А труд никого и никогда не убивает, так что я жива, как видишь.

Несси с ужасом посмотрела на загрубевшую, покрытую мозолями ладонь, пересеченную глубоким белым шрамом. И, подняв глаза на Мэри, спросила:

— А отчего у тебя такой большой шрам? Ты порезалась?

Страдальческое выражение мелькнуло на миг в лице Мэри.

— Да. Но это было давно. Я ведь тебя просила не обращать внимания на твою старую сестру. Нам теперь надо подумать о тебе, девочка.

Несси засмеялась счастливым смехом и вдруг разом остановилась в удивлении.