Замок княгини

Знаешь, а мой дед мог бы сказать в точности то же самое. Мой дед из Каста, я имею в виду.

— Про то, как на драконах подниматься на горы? — Дьян улыбнулся.

— Нет. Про траву и цветы, мой князь.

Дед, имень Тайрак, хозяин замка Трей, был суровым человеком, но иногда любил порассуждать о чем-то подобном.

— Вот что, лира жена, назови меня лучше: муж мой. Мы ведь вчера обсуждали и такой вариант?

Ненароком глянув в сторону мага Вейра, она вздрогнула: тот не сводил с неё глаз и был бледен от злости. Дьян проследил за её взглядом и усмехнулся, сильнее сжал её руку и сразу отпустил.

— Мне пора, хозяйка Шайтакана, — он ласково коснулся её щеки, — к тебе сейчас приклеится твой маг-хранитель, но помни, что я поручил тебя Мантине, и ещё Ардаю и Джелверу. Доверяй им, если доверяешь мне. Оставайся пока тут, ты ведь ничего не съела.

— Мне не хочется, — она покачала головой.

Ей действительно не хотелось есть, а ещё больше не хотелось оставаться за этим столом без него. Повернувшись к Ардаю, она невольно широко раскрыла глаза: рядом с молодым соддийцем сидела девушка, точнее, она была одета и причёсана как взрослая соддийка, как Мантина, её рыжие волосы были скручены в узел на затылке и украшены ниткой зелёных стеклянных бус, под глаза, тоже зелёные.

Но, конечно, девушку эту Кантана не могла не узнать — ведьму-ниберийку, приходившую к ней в башню, а потом она вдруг увидела её среди лир императрицы. А теперь племянник мужа этак по-хозяйски обнял её одной рукой за плечи, как бы давая понять: моё, не тронь.

Муж усмехнулся, нагнулся к её уху и сказал совсем тихо:

— Мальчишка влюблён в этот ветер в юбке. Но ты всё равно можешь ему доверять. И ей тоже.

Эта ниберийка здесь, с племянником мужа. А там, в Драконьих горах…

И ещё, ведь ту строчку из стишка, про сапфир и изумруд, она вспомнила тут, за столом, взглянув в синие-синие глаза князя. Они у него удивительно синие. Как яркие сапфиры. Или как драконий камень. А вот у нее самой — зеленоватые. Не как яркие изумруды, но всё же. «Сапфир и яркий изумруд в одной оправе не живут».

Сказано как будто про них с князем, но вот же, они как раз и угодили в одну оправу.

А у мага Вейра глаза карие с зеленью. Чуть более тёмные, чем у Кантаны. Но точно не сапфиры.

Князь предсказал верно, едва он исчез за дверью, как маг Вейр оказался рядом. Взгляд его теперь смягчился, злость сменилась упреком. Впрочем, он поторопился его и высказать:

— Мне так жаль, что ты не очень внимательна у моим советам, дорогая сестра.