Замок княгини

Совершенно её не зная, не испытывая ровно никаких чувств, просто потому, что она дочь своей матери.

— Сапфир и ясный изумруд в одной оправе не живут, — прошептала она, беря с блюда булочку.

— Что? — муж повернулся к ней, — похоже на песенку соддийских ювелиров. Для детей. Это тебе Мантина спела?

— Нет, это я сама вспомнила. Так поют у нас в Касте.

— Ты ведь тоже ювелир, мой князь? Как странно. Князь, и в то же время мастер-ювелир.

— У нас почти каждый — мастер-ювелир. Так же, как любая женщина умеет вышивать.

Так что, дома, в Содде, мало кто этим зарабатывает на жизнь. Вот за пределами Содды, в Итсване, в других странах — да.

Вот, разговор благополучно ушёл в сторону.

— Удивительно, — уронила Кантана, улыбнувшись.

— Ещё кузнечное дело. Ардай предпочитает большой молоток и большую наковальню, — Дьян нашёл взглядом племянника. — А я люблю золото и серебро.

— Вещь, которую ты мне подарил, прекрасна.

— То-то ты не желаешь её носить, — буркнул он, усмехаясь, но в уголках его глаз притаилась довольная улыбка.

— Непременно буду. Когда научусь быть достойной.

— Так пробуй прямо сейчас и не придумывай глупостей, — он опять взял её руку и переплел пальцы, не спеша погладил, как вчера, в постели.

На них посматривали, конечно. Но он ничуть не стеснялся всей этой толпы вокруг. Правда, говорил очень тихо.

— Но ты меня радуешь своими намерениями, лира жена. Тем, что желаешь учиться и меняться.

— Значит, ты тоже считаешь, что я пока не достойна? — она вспыхнула, сжала руку в кулак.

Он довольно улыбнулся. Кажется, ему нравились любые проявления её характера, упрямство, дерзость, всё то, что для её родных было недопустимым и признаком дурного воспитания.

— Нет, лира жена, я так не считаю, — он удобнее перехватил её руку за запястье, и когда она захотела её отнять, ничего не вышло, — просто каждому следует подняться на свою собственную гору. Тебе, мне, Джелверу… всем. Если всю жизнь только сидеть под горой, незачем жить. Так у нас говорят.

— Вам легко подниматься на горы, — прикинулась она простушкой, — на ваших драконах.

— Это если понимать буквально, лира жена. На спине дракона на любою гору поднимешься очень быстро, но не заметишь травы и цветов, и много чего ещё. Наше зрение может быть очень острым, просто дракон летит очень быстро, и тогда эти мелочи не имеют значения. Поднимаясь на гору, спешить не нужно. Ты понимаешь меня, лира жена?

— Конечно, мой князь. Благодарю тебя. Не ожидала, что ты заговоришь со мной о таком.