Замок княгини

И отказаться потом нельзя. Ну, почти нельзя. А на следующий день поют и танцуют. Старый обычай, у нас так не делают, только на Севере, когда принимают знатных гостей. Понял?"

И соддийка повела плечами, вспомнив минувшую ночь, и то, что брачный полёт — это не только старый северный обычай для знатных гостей. Не столько, точнее…

Ардай хмыкнул, и протянул Кантане руку:

— Должно быть, нам пора, княгиня.

Понял-то он понял, а вот вспоминать ему пока в этом смысле было нечего.

Её ждали. Лишь она появилась в дверях, гул в зале стих.

У Кантаны холодок прошёл по коже. Этот пристальный интерес, внимание множества людей. И безразлично, что с ней рядом, Ардай или кто-то ещё…

Ардай подвёл её к князю, отодвинул высокий тяжёлый стул. Сесть она не успела, князь кивком поблагодарил Ардая и поднялся, взял Кантану за руку, и все люди за столом тоже начали вставать. Когда на ногах оказались все, князь провозгласил громко:

— Кантана Дьянна, моя жена и хозяйка Шайтакана!

Её новое имя, прилюдно оглашённое здесь, в её новом доме.

Князь только не назвал её княгиней, здесь, в этом зале, перед этими людьми. Но, должно быть, это и неважно. Главное — жена и хозяйка, что ей ещё нужно?

У соддийцев — свои обычаи.

— Здоровья хозяйке! — поднял чашу маг Джелвер.

— Долгих лет жизни! Дочь и сына! Много детей! — тут же поддержали со всех сторон.

Князь отпил из чаши и подал ей, она тоже отпила. Вино было вкусное, чуть терпкое.

Когда поздравления закончились и они сели, Дьян опять взял Кантану за руку и большим пальцем погладил ей ладонь, взглянул одобрительно.

А рядом с ним на углу стола мерцал маленький масляный светильник — в память о его матери, княгине Дьянне.

В дверях появился маг Вейр. Издалека поклонившись князю и Кантане, он сел рядом с Джелвером — соддийцы потеснились, давая ему место. Джелвер что-то сказал, подавая Вейру чашу и кивая в сторону князя и княгини. Предложил поздравить?

Да, так и есть. Вейр встал, и вдруг, к удивлению Кантаны, как-то явно смутился.

— Долгих лет жизни! — провозгласил он, и поморщился.

Князь доброжелательно улыбнулся и отпил из чаши, и все сделали то же самое. И после этого на кастанца перестали обращать внимание.

Вейр, он… Кантана уже поняла, что он недоволен и её браком, и всей ситуацией в целом, и даже не особо даёт себе труд это скрывать. И ведь требовал же, чтобы она капризничала и старалась оттянуть брачную ночь. Поговорить с ним, попросить откровенно все объяснить? Но будет ли он откровенен? Он ведь хотел сам жениться на ней.