Замок княгини

— Да, — тихо сказала она. — И это тоже. Я говорила с Хранителем о твоей бабушке. Не было никакого отравления, хотя да, об этом говорят. Просто… Понимаешь, в Обители Хранителя могли бы её вылечить, обратись она вовремя. Когда прибыли маги-лекари из Обители, было уже поздно.

— Я не верю, мама, прости. Я постараюсь узнать больше.

— Постарайся, — тихо согласилась лира Кайра. — Только прошу, не ссорься с Хранителем. Умоляю тебя.

— Хорошо, не буду ссориться, — пообещала она. — Обещаю. Мама я поняла. У нас много кузенов.

Хранители ведь тоже все — какие-то родственники нам, хоть и седьмая вода, но всё же?

— О чём ты? — лира Кайра повернулась к ней, расплескав травник.

— Они умеют убеждать, мама, — усмехнулась её послушная и терпеливая дочь. — Тебя. Императора. Кого захотят. Я пошутила, мама, просто пошутила, не обращай внимания.

И тут до них донеслись мелодичные удары гонга, оповещающие о скором начале праздничных церемоний. Следовало поторопиться.

В этом самом зале совсем недавно Кантана выходила замуж за князя Дьяна.

Тогда ей всё было безразлично, зато теперь она разглядывала его, словно видела впервые. Полупрозрачный, сияющий камень пола, позолота стен, мозаики, роскошные витражные окна в середине зала, огромные, от пола и почти до потолка, все из багряных, золотистых, желтых, голубых стекол. Такие витражи даже в пасмурный зимний день должны радовать глаз, дарить тепло и праздник, но сегодня день был солнечным и радостным, и зал сиял. Захотелось забыть, что происходит, и радоваться…

А что происходит? Помолвка десятилетней девочки с чужим ей взрослым человеком — отнюдь не обещание счастья.

Хотя брат прав, у самой Кантаны всё получилось ещё хлеще. Сюрприз от Вейра? Да, это тоже беспокоило. Хоть бы уже скорее убедиться в безобидности обещанной «шутки». Дедовское кольцо на пальце императора Лиссара? Ладно, об этом можно будет подумать после. Но вернуть кольцо непременно нужно. Император любит драгоценности, можно будет обменяться подарками, на худой конец.

Кантана теперь стояла рядом с императрицей, и это была высокая честь, к тому же Игиления сменила гнев на милость и была доброжелательна.

Мантина опять встала позади. Мама и тётя Вела были с Эйль, появление которой в зале предполагалось позже, Най затерялся где-то в толпе. Вейра Кантана видела, мало того — против воли то и дело встречалась с ним взглядом, тот смотрел на неё горячо, взволнованно. Да что ему нужно?..

Император принял верительные грамоты у посла Винеты, нарядного седого мужчины.