Замок княгини

Много дорогой мебели из полированного дерева, ковры, шитые золотом и шёлком подушки, её рукоделие, сундук с книгами — похоже, сюда принесли половину библиотеки. Князь всерьез вознамерился обустроить для неё не просто клетку, а клетку золотую. Зато стены были тут вообще без отделки, просто штукатуренные и белёные известью, как в бедных домах. Печь в нижнем ярусе оказалась небольшая, тоже белёная. Ни картин, ни мозаик.

Прощание у них получилось довольно сдержанным.

— Не хмурься, лира жена, — он тронул её за подбородок, — это необходимо.

Она не стала улыбаться.

— Желаю тебе хорошей дороги, лир муж мой. Ты, вижу, позаботился о моем удобстве. Сердечно благодарю.

Конечно, иронию он расслышал — не глухой же.

— Всё, что пожелаешь, моя радость, — усмехнулся он, притянул её к себе и поцеловал.

Целовал долго и со вкусом. И ей, кстати сказать, это было даже приятно, и опять замелькали перед глазами серые облака в ночном небе, свист ветра, взмахи мощных крыльев, и упругие объятия чужой силы, державшие её даже крепче, чем теперь муж.

И то, что было потом. Эйфория. Миллион звезд.

Теперь это её личное наваждение? Если бы только князь об этом знал!

И это была маленькая женская месть — грезить о таком, целуясь с ним…

— Я скоро опять навещу вас. Дней через пять или шесть.

— Я не хочу, чтобы ты так себя утруждал. Север Драконьих гор — это очень далеко.

— Для меня это лишь ночь пути. Ты даешь мне понять, как тебя удручает разлука, моя лира? — и снова усмешка.

— Я слышала, разлука укрепляет чувства, лир. А от сидения взаперти они созреют, как выдержанное вино.

— И свалят меня с ног? Да, колючка?..

— Посмотрим, мой драгоценный супруг, — она не поскупилась на едкий взгляд, неуместный для молодой и воспитанной лиры.

А Дьян только рассмеялся.

Реши он вдруг остаться с ней, совсем не лететь на свой Север — она была бы в ужасе. Без него она сможет собраться с мыслями, почитать бабушкину тетрадь, подумать и разобраться, и что-то сделать.

Он ушёл, а она осталась с Мантиной. Да, теперешнее заключение отличалось от прежнего ещё и этим — она делила его с Мантиной. А вот Юту так и не нашли.

— Не переживай, княгиня, — утешала её соддийка, — твою кошку кормят, не обидят. Всё будет хорошо. Наверное, она лучше нас освоилась в замке. Кошки в этом ни с кем не сравнятся.

— Прости. Мне так жаль, что ты тоже угодила под замок, — извинилась перед ней Кантана.