Замок княгини

Судили спорщиков, делали множество дел, спасали кого-то, давали шанс влюблённым юношам сразиться за потерянную невесту…

Это, конечно, всё сказки. Но Кантана предпочла бы узнать, что драконы на самом деле мудры и разумны, и не уступают в этом людям. Потому что…

Да-да, именно поэтому: она занималась любовью с драконом. Который мог бы, к примеру, быть ездовым животным её мужа? Причём ощущения от этого действа были самые феерические. Однако какое облегчение было бы узнать, что на самом деле этого не было!

Мысли менялись, крутились, как песчинки, подхваченные ураганом, Кантана то мучилась от стыда и осознания своей вины, то успокаивалась и пыталась рассуждать здраво — последнее, кстати, получалось всего хуже.

Отец обронил как-то, что у соддийцев и драконов некая кровная связь, этим и объясняется их взаимное влияние. Что это значит? Кровная связь, это означает — родство? Или какую-то магическую привязку на крови?..

Как об этом спросить?!

Ей все время казалось, что она знала нечто очень важное, но забыла и не может вспомнить.

Кровная связь между соддийцами и драконами. Они родом из одного мира. Её собственные предки, предки Виаланов, владетелей Шайтакана, родом из одного мира с драконами. Дракона создать нельзя — получится монстр…

Жить по указке других — это просто. Слушать объяснения, наставления, советы. Все хотят, чтобы она так и делала.

— Кажется, в кухне сменили кухарок, — со смешком заметила Мантина на третий за завтраком, — всё стало вкуснее, не правда ли? Нас собираются откормить, моя княгиня. Не замечала раньше, чтобы князю нравились пышечки.

— На рухах ты не летаешь, а драконам разве не всё равно? — равнодушно заметила Кантана, — они сильные, поднимут тебя любую.

Она лениво щипала нежнейшую сдобную булку с цукатами, не испытывая желания съесть её целиком. Вот если бы она вернулась с прогулки на рухе — одной такой булкой не ограничилась бы. Но наезднице руха толстухой быть нельзя, это верно — рух всего лишь птица. Ему далеко до дракона.

— Не скажи, княгиня, — соддийка бросила на неё взгляд исподлобья, — если я стану, как мешок с мукой, то, хм… не взлечу. Упаду в море.

Кантана недоверчиво улыбнулась.