Но когда ты отказался умирать, а мир не заторопился рушиться, возникли подозрения. И я понял, что если мои подозрения оправдаются, то следующим Неблагим королем может стать Сумрачный Плетущий.
– Я и тогда был Неблагим королем, – сквозь зубы произнес Кэйворрейн.
– Номинальным, – напомнил Оберон. – При Мэб король был не более чем формальностью. Иллюзия, фикция… И я не раз думал, что это очень и очень плохо – для мирового равновесия. Но варианты? Не было вариантов! – вздохнул он. – А вот когда Мэб наконец-то умерла и на трон взошел ты… К этому времени я предусмотрительно подобрал тебе жену.
Милую девочку с нужным даром, однозначно годившуюся в пряхи, и не только.
Я ахнула, Кэйр замысловато выругался, а Оберон только руками развел.
– Судьбы мира важнее. И согласись – это был только вариант. Я же не заставлял тебя выбирать именно эту пряху! Просто снабдил ее хорошим амулетом, чтобы не потеряла рассудок от твоего морока. И не поил вас обоих приворотными зельями.
– Надеюсь! – выплюнул мой король.
– Так только… – добавил Оберон.
– Немного интриг, немного тревог – и никакой магии. Винить меня совершенно не в чем, брат! И согласись, ты ведь сам пришел к этой мысли: лучшей женой для Плетущего может стать именно его пряха! Точнее, та женщина, в которой живет похожая магия.
Немного интриг?.. Филидэль, тупоголовый рыцарь-похититель, опять Филидэль…
– Так это что же… Вы пытались меня похитить, чтобы Кэйр обратил на меня больше внимания? – осененно спросила я.
– Ну как-то так, – скромно признался этот… пройдоха! Махинатор! Истинный политик, круче не бывает! Да уж! И впрямь, большой вопрос, кто тут зло, кто добро и кто на свете всех хитрее! Может, вовсе и не гадкие Зимние лорды?
– То есть попытка меня убить – тоже ваших рук дело?!
– Да что ты, Элеонора! – очень серьезно сказал Благой интриган.
– Право, как тебе в голову только пришло… Нет, конечно же, нет! Я просил Филидэля уговорить тебя принять мое приглашение, потом дал задание тебя похитить. Но не больше того и исключительно в благих целях.
– Вот откуда ты узнал, что она в опасности… – пробормотал Кэйр. – Нет, Элла. Филидэль действовал по собственной инициативе. Он потомок фоморов, и он…
– Он мертв, – спокойно закончил за него Оберон.
– Как – мертв?..
Даже не знаю, что я испытала в этот момент. Но совершенно точно – не мстительную радость. Как ни странно – нет. Скорее искреннее сожаление, что тоже было очень странно.
– Покончил жизнь самоубийством, – со злостью произнес Неблагой король.
