Замуж за варвара, или Монашка на выданье

Я хотела задать вопросы. Отчаянно много вопросов. Но стоило попытаться, как губы сомкнулись, не желая слушаться хозяйку.

– Вы были в замке принца Раена иг Сивара, – вместо меня снова заговорил Буревестник. – И бросились на него с ножом.

Я побледнела не хуже Тирэна.

– Вы раскаиваетесь в содеянном?

Ох, как бы мне хотелось, чтобы губы не разлепились никогда!

– То есть, будь у вас возможность снова ударить его ножом, вы поступили бы так же?

– Я не знаю. Возможно. Или нет. Но я не раскаиваюсь в том, что сделала это тогда.

При тех обстоятельствах.

– Вы знаете, что на счету Раена иг Сивара больше двухсот изнасилований мужчин и женщин?

Я приоткрыла рот и не нашлась, что ответить.

– Вы знаете, что Раен иг Сивар обручен с вашей сестрой с целью дальнейшего узурпирования власти в Лавитарии?

– Я знала про сестру.

– Вы знали, что отчима леди Габриэллы Эйдинбергской сослали в Хастарию за то, что он отдал ее в жены кенарийскому правителю?

– Я не понимаю, какое это имеет отношение…

– Самое прямое. Вильям Эйдинбергский стал посмешищем при дворе короля Ригула, потому что взял в жены беременную любовницу наследника.

Отправившись в ссылку, он был чрезвычайно зол, чем и воспользовался Прал иг Сивар, давно замышлявший переворот в Ригуле и расширение обожаемой им Хастарии. Вильям и Прал вступили в тайный сговор, после чего разработали план по внесению раздора в правящие семьи и наведению нового порядка. Вильям познакомил вашего дядю, Рурка Тарси, со своей троюродной племянницей, ужасно жаждущей власти. Сильва иг Тармон должна была выполнить лишь одно – успеть родить наследника короны первой. Но после рождения дочери ни разу не забеременела. Ей пришлось травить вашу мать, чтобы не делить корону и позже передать правление собственной дочери и троюродному племяннику. Вильям же, зная о привязанности падчерицы к правителю Кенарии, организовал ряд покушений на Бьерна Тэкати Эссшата, одно из которых закончилось трагически. Габриэлла осталась вдовой.

Я не знала, что сказать. Так и сидела, бестолково моргая и ожидая новых вопросов, вытягивающих всю грязь нашего мира наружу.

Но на этот раз Буревестник отступил и громогласно сообщил:

– В свидетели вызывается Эдвард Тэкати Эссшат. Ворон. Око Шести Старцев.

Эд спустился со ступеней и присел рядом со мной, успев даже озорно подмигнуть. Словно и не боялся всего происходящего. А зря.

– Эдвард Тэкати Эссшат, знаете ли вы непреложные правила нашего учения? – звенящим, немного срывающимся голосом вдруг спросил Буревестник.