Замуж за варвара, или Монашка на выданье

 – Но вначаль чинить мою дверь! Потом прийти, а меня не трогай.

Я кивнул, признавая справедливость требований.

Поставив дверь на место, еще раз поразился, насколько добротно та сделана, и вернулся в кабинет лекаря. Тот рисовал необычные буквы на стене, что-то бормотал под нос и изредка водил открытой ладонью над головой брата. Из маленьких тарелок, расставленных тут и там, шел легкий голубоватый дым, источающий приятный запах.

Усевшись на стул, я позволил себе на минуту прикрыть глаза и прислушаться к зверю.

Не знаю, как и когда задремал, но во сне я выпустил зверя наружу. Все стало иным: ярким, сочным, громким. Встряхнувшись, я бросился вперед, вдыхая полной грудью чистый лесной воздух. Чувство свободы пьянило, кровь закипала в жилах, тело жаждало охоты!

И тут я учуял рыжую. Ветер принес запах женщины, что не давала покоя. Бросившись вперед, я решил, что вот-вот настигну ее, но, сколько ни бежал, ближе она не становилась.

– Всем терпений есть предела! – крикнул лекарь, стоя в трех саженях от меня. – Вы в свой ум?!

Мой голос звучал хрипло.

– Вы же выть! На весь дом. Как это понимаю?!

– Кто-то храпит, а я вою, – как можно небрежней сообщил я и поднялся, разминая плечи и руки. – Как больной?

– Предпочитаю термин «страждущий», – отозвался Эд, глядя на меня покрасневшими глазами.

– Ты что, плакал? – не удержался от вопроса я.

– Плакал. Над твоей судьбой, – огрызнулся брат.

– С васа двасать золота, – заявил лекарь, гордо указывая на плод своей работы.

– А купчую на половину моих земель тебе не подарить? – поразился я.

– Таков моя расценка! – заупрямился тот.

– Держи десять, и я оставлю тебе язык.

– Твой язык. Другому отрезал бы за дерзость, а тебе прощаю. – Вложив в руку онемевшего от шока лекаря десять монет, я прицепил обратно к поясу заметно облегченный мешок и направился к выходу.

– Вы – наглый… – начал было пламенную речь врач.

– Тише, уважаемый. – Эд осторожно поднялся, похлопал его по плечу и добавил шепотом: – Ты говоришь с самим правителем кенарийского народа. Он же Дикарь. Он же Варвар. Он же вандал, он же невежда…

– Эд! – гаркнул я, устав слушать эту чушь.

– Зовет меня, – громче проговорил брат. – Тебе хорошо, ты его пару часов знаешь, а я… Эх, что уж об этом! Жаль, что толком не успели познакомиться.